— Номер пятнадцать. — указал я на ближайшие ко мне доспехи силовой брони и похлопал их по нагрудной пластине.

«В ходе запланированной операции по освобождению от бандформирований районов штата Алабама, в городе Мобил, наши силы при поддержке отрядов генерала Адамса освободили шесть терминалов одной военизированной и жестокой банды, сформированной из байкерской общины. Треть города отныне под нашим контролем, но самое прекрасное то, что в одном из терминалов была найдена эксклюзивная часть базы в виде оборудования, улучшающего терминал». — Вместе с выбором брони я слушал ещё и доклад своей помощницы, отмечая опережение графика захвата этого города, довольно близко расположенного к нашей Флориде.

— Что он делает? — перевёл я шлем в режим тишины и обратился напрямую к моей помощнице.

— Он называется «Фокусирующая плата» и позволяет интегрироваться с любым терминалом под нашим контролем, уменьшая стоимость выкупа предметов из терминала за ОД на пятнадцать процентов и увеличивая объём доступных к покупке предметов на тридцать три процента. Но нужно выбрать сам предмет и после этого изменение сделать будет уже нельзя. Это не влияет на весь терминал и всё то, что в нём имеется в свободном доступе. — отчиталась Афина.

— О, мы можем увеличить объём ежедневного лимита экземпляров силовой брони в Лимоне с пяти до шести с половиной штук?

— Да. В один день будет доступно шесть единиц брони, на следующий семь, затем снова шесть… Будет округляться и учитываться запас.

— Сколько она стоит? Плата эта фокусирующая.

— Тридцать пять тысяч ОД… — ошарашила меня Афина.

Да, окупаться он будет долго, но на длинной дистанции — очень полезная штука. Жаль, что она эксклюзивная… Хотя, помнится мне, дубликатор и эксклюзивы способен дублировать… Если при этом цена не будет сумасшедшей, то нам бы не помешал десяток, а то и два таких вот фокусирующих плат. Те же пятнадцать процентов скидки при постройке флота, на которую будет выделен почти миллион ОД, поможет сэкономить средства на целую танковую роту.

Я открыл силовую броню и влез в неё.

— Надо привыкнуть к ней, притереться, чтобы задать зомбарям жару. Сделаем этот мир ещё чуточку лучше и чище?

— Так точно, командир! — один за другим закричали бойцы, и крики из порта дали понять, что лайнер причалил.

Сегодня он не гудел, чтобы не встревожить улей мертвецов, что медленно брёл в нашу сторону… Почаще бы они шли… А то наши аппетиты растут не по дням, а по часам.

Отгремела, ведомая моей рукой и подсказкам Афины реактивная артиллерия. Вернулась в боксы отстрелявшая техника. Бойцы в силовой броне заняли свои рубежи, пулемётчики сняли своих вестников смерти с предохранителей. Твари ещё не дошли до нас. Самые первые были лишь в паре сотен метров, но вместо того, чтобы ринуться навстречу нашим стальным объятьям, они крутились на месте, пытаясь сориентироваться, куда же им бежать. Ещё бы, ведь миномётный огонь, что падал за шиворот первым рядам тварей, то и дело заставлял их реагировать на шум взрывов. Покалеченные падали, живые и здоровые их топтали. Пять минут напряжённого ожидания начала схватки превратились в сотни тысяч ОД, полученных за счёт сил и возможностей реального оружия.

Зомби — опасный противник. Но не против армии, да на открытой местности. Обстрел вёлся сразу с нескольких сторон, и зомби метались, уничтожаемые взрывами то взад, то вперёд, то в сторону моря, то к скалам. Ещё спустя пять минут я присоединился к ожидающим начала схватки бойцам стального легиона в силовой броне. А зомби были всё так же далеки от нас. И одновременно с этим, всё так же близки…

— Молодняк совсем охренел… — не выдержал один из опытных бойцов, стоящих прямо посреди шоссе. — Навезли пушек, миномётов, лупят за два километра… Нам так никого и не останется…

— Боеприпасов не хватит… — скептически заметил один из нас, общаясь в общем канале.

— Из Лимона видел, сколько рейсов баржа выполнила? У нас в порту базы куда ни плюнь — ящики с боеприпасами. Хорошо, что тащить дальше не стали. Одно ЧП, и вся база взлетит на воздух…

— Ну, меры предосторожности соблюдаются. Чего ты паникуешь? — ответил ему всё тот же голос. — Радовался бы. Меньше работы нам останется…

— Да скучно просто стоять…

— Хватит трындеть! — прервал их болтовню полковник Дашковски. — Разговоры только по существу. Интенсивность выстрелов падает, сейчас разбредаться начнут. Боеприпасы стартовые закончились, будут доносить из порта к огневым позициям рядом с базой. На это время нужно.

Я стоял рядом с полусотней обладателей силовой брони, также терпеливо, как и они, ожидая начала схватки. Но там, где для одних на кон поставлена жизнь и смерть, и они вынуждены трястись, крепко сжимая в руках оружие и смотреть в лицо миллионной орде, для других это превратилось в рутину. Скучная рутина во время командировки… Уверен, этим людям уже давно не снятся ужасные сны. Такие как они — сами в этих снах кого угодно напугают.

Битва продолжалась восемь часов. Ещё столько же времени понадобилось нам, чтобы пройтись по километрам уничтоженной от взрывов дороги и добить подранков. Зомби были мертвы, люди живы. Новички, прибывшие из Кубы, радовались, ощущая эйфорию и силу человеческого оружия перед лицом зомби. Более опытные ребята делили свои подразделения на отряды и отправляли их уничтожать следы битвы. Зомби, какими бы они ни были врагами, должны быть похоронены либо сожжены. Благо у нас под боком есть нефтеперерабатывающий завод, что любезно согласился предоставить нам свои скромные резервы для кремации пришедших на убой бедолаг.

— Давайте-давайте, шевелитесь. Думали, битва закончена? Чёрта с два! Настало время приводить всё в порядок, или вы хотите по утрам ощущать этот противный смрад гниения? — командиры гоняли зелёных новичков, впервые участвовавших в битве подобных масштабов.

Вообще, новичками этих людей можно было назвать весьма условно. Все, кого удалось собрать, прошли опросы и тесты, базовую подготовку. В отличие от большинства других «молотов», им предстояла более грязная работа — сражение с другими людьми. И здесь нужны были люди с куда как менее высокими рамками нравственности. А значит, и дисциплина в их рядах могла быть не столь крепкой, как в других подразделениях. Люди здесь… специфические.