— Принято.

— Озвучь механическим голосом объявление войны для Альфреда Тигуллы и его последователей. Будь так любезна.

Минута ожидания и Афина с радостью вернулась с первыми новостями.

— Господин, он в ярости из-за взлома… Вам показать кадры разноса в так называемом дворце?

— Нет. Мне плевать… Пусть он и дальше видит, что я плыву к нему. Что возмездие неотвратимо. Включай звук.

Кадры в Лас-Вегасе показывали безэмоциональное лицо человека в алом боевом костюме, с шлемом в руках. Он просто молча стоял с самого объявления войны и смотрел вперёд. Словно сама неотвратимость…

— Да отключите вы этот чёртов монитор! — Альфред швырнул подвернувшимся под руку стулом в технику, на экране которой было запечатлено лицо какого-то идиота, стоявшего на корабле, словно это сам император. Изредка его взгляд падал на камеру, и Альфреду казалось, что он смотрит прямо ему в душу.

Взгляд, полный презрения, будто он не глава целой фракции, захватившей двенадцать городов, включая два суперкрупных оплота выживших, а мусор.

Переломав половину техники в своём дворце, Альфред не выдержал и вышел на улицу, направляясь в штаб, чтобы узнать, куда плывёт этот герой-одиночка и как ему удалось взломать его оборудование.

Штаб получил сведения от наблюдателей, расставленных на берегу, и ему тут же доложили, что одинокий корабль движется в сторону Лос-Анджелеса и вскоре доберётся до города.

— Отлично! Я хочу видеть, как эта лоханка пойдёт на дно вместе с этим напыщенным идиотом, — злорадно произнёс Альфред и своими огромными руками начал переключаться на камеры, установленные вокруг его терминалов в Лос-Анджелесе.

— Наши батареи выдвинулись на позицию, — доложил офицер.

Спустя секунду этого офицера вместе с гарнитурой выдернули из стула и подняли на метр от земли, схватив за грудки.

— Какого чёрта они только выдвинулись? А где они тогда были?! — кричал Альфред, брызгая слюной на подчинённого. Тот спешно начал объяснять чудовищно сильному, жестокому и скорому на расправу командиру, что ракетные комплексы никогда не были направлены в сторону моря, как и передвижной ракетный дивизион, которым они уничтожали штабы своих противников вместе с офицерами и командованием. Что-то они развернули, но для ракетной артиллерии требовалось больше места, и они уже были на пути к порту, откуда будет намного удобнее вести огонь.

— Так бы сразу и сказал! — отпустил офицера Альфред, и тот вернулся на рабочее место, облегчённо выдыхая.

Глава фракции Лас-Вегаса никогда не был добрым человеком, а после Алого Заката и вовсе озлобился. Благо зомби вокруг были мелкими и слабыми, и он своими кулаками и подручными средствами смог раскидать их, проломить черепа и переломать ноги. Когда же он добрался до первого терминала и увидел новые возможности, чувство избранности ударило ему в голову и окончательно сломало все рамки и приличия, которые только могли остановить природную жестокость этого человека, помноженную на личные неудачи в жизни. В спорте у него ничего не вышло из-за травмы, которую он вылечил благодаря аптечке. С учёбой были проблемы из-за излишнего внимания. В детстве он боялся кого-нибудь обидеть и случайно причинить боль, поэтому боль причиняли ему, а он терпел.

Прошло тридцать лет, и он переродился в нового Альфреда. Человека, перед которым дрожали все живые. Он быстро стал главой банды, быстро заработал свой первый эксклюзив. Он выжил после нескольких покушений и засад, прибрал к своим рукам несколько терминалов в городе и нашёл свою красавицу-броню. Ещё чуть-чуть, и люди, впервые увидевшие её, могли бы решить, что это небольшой военный мех из фантастических романов и азиатских новелл, а не силовая броня. Четыре метра стали и непомерной силы. Даже штаб перестраивался для того, чтобы он мог спокойно проходить в дверные проёмы. Человек-гора стал слишком заметной фигурой, которая не боялась ни Бога, ни Дьявола, ни зомби, ни других людей. И с каждым днём амбиции и вера в себя росли в геометрической прогрессии. Альфред прямо говорил, что в этом мире нет человека сильнее его. Он сам верил в это, и люди, далёкие от понятий порядочности, начинали верить в это.

— Все на позиции. Наблюдаем вражеский корабль. Один, идёт прямо в сторону порта, — отчитался очередной офицер.

— Один? Я думал, камера не показывает всей картины. Что за идиот попался! Это точно придурок из фракции Круизеров?

Люди вокруг молчали, боясь вставить лишнее слово.

— Да, плевать, отправьте его на дно.

Тут же началась передача приказа. По цепочке от главного штаба фракции он перешёл к терминалу в Лос-Анджелесе, а оттуда уже к позициям его «Дикой дивизии». Именно так местные называли его армию, составленную из жестоких и беспринципных людей.

Если бы не здравомыслящие и вместе с тем лживые помощники, которые умели убеждать и уговаривать представителей встреченных группировок подчиняться, он мог бы и не мечтать о становлении фракцией. Но пока одни умудрялись убеждать и шантажом склонять на свою сторону, он прекрасно справлялся со своей целью — убивать и внушать ужас всем тем, кто решил ему сопротивляться. Он умудрялся даже воевать против профессионалов из армии и разбил их небольшой корпус, попутно забрав технику и всё содержимое складов.