Диана вновь пожала плечами.

– Да как тут угадать? Может быть, она как раз пытается помочь…

– Все может быть… – пробормотала Юля, не до конца в этом уверенная.

Хотя если подумать, то пока старушка не сделала ей ничего плохого. Несколько раз подкидывала полезную информацию. А что именно произошло, когда Юля вышла за дверь гостиницы, она и сама не знает.

Впрочем, сейчас у них были вопросы поважнее.

– Что было в твоей комнате? – осторожно спросила Юля, внимательно глядя на Диану.

Возможно, стоило сформулировать вопрос иначе, спросить: «Кто был в твоей комнате?» Но Диана и так поняла, о чем речь.

– Мертвая женщина. С петлей на шее. Самоубийца или жертва убийства, как Алекс Найт. У тебя тоже кто-то был?

Юля не успела ответить: внезапно с грохотом распахнулась дверь, заставив их обеих испуганно подскочить на месте и шарахнуться в сторону. Однако в следующую секунду они поняли, что это не та дверь, за которой осталась женщина с петлей на шее, а другая, находившаяся значительно дальше по коридору. И женщина, вырвавшаяся из этой двери, а потом с остервенением захлопнувшая ее за собой, как будто за ней кто-то гнался, была им обеим хорошо знакома.

– Кристина?! – удивленно позвала Юля.

Золовка встрепенулась, услышав ее голос, повернулась и, кажется, едва не разревелась. Она бросилась к ним и внезапно заключила Юлю в крепкие объятия, чем очень удивила. Кристина всегда хорошо к ней относилась, но при этом вела себя довольно сдержанно, обнимала весьма церемонно. Сейчас же это было искреннее, порывистое действие.

Сама Кристина тоже выглядела необычно: светлые волосы спутались, на лице темнели какие-то пятна, да и руки были чем-то перепачканы.

– Ты ранена? – взволнованно спросила Диана, разглядев в бурых пятнах на пальцах Кристины кровь.

Та выпустила Юлю из объятий, шмыгнула носом и помотала головой.

– Нет… Нет, это не моя кровь. Там просто был этот парень… Не знаю, кто он и откуда взялся. Но, кажется, я видела его в лифте… То есть его не было в лифте, я видела его в зеркале. И потом в зеркале тоже кого-то успела увидеть, только сделать ничего не успела. Дальше темнота… И когда я пришла в себя, вокруг тоже было темно, и там был этот парень. Кажется, это его кровь. А еще там тоже было зеркало…

Она тараторила, то и дело оглядываясь на оставшуюся позади дверь, но та по-прежнему была закрыта. Юля и Диана понимающе переглянулись. Очевидно, с Кристиной случилось то же самое, что и с ними.

– Так, постой, успокойся, – нарочито негромко и неторопливо попросила Юля. – Давай по порядку. В каком лифте было зеркало, в котором ты видела парня?

Кристина сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, беря себя в руки.

– Это был лифт в доме Андрея. Я собиралась вернуться в Москву, взяла вещи, сказала ему меня не провожать и пошла к машине. Когда заходила в лифт, мне показалось, что в нем стоит парень с ножом в руках. Потом я поняла, что в лифте никого нет, что я смотрю на свое отражение. Подумала, что парень мне тоже привиделся в отражении, еще удивилась, как так вышло, с чего вдруг… А когда открывала дверь машины, увидела какую-то темную фигуру у себя за спиной через боковое зеркало, но не успела оглянуться. Меня как-то вырубили.

– Постой, ты ведь приезжала к Андрею на выходные, – нахмурилась Юля. – И собиралась уехать в воскресенье.

Кристина снова шмыгнула носом и покивала.

– Ну да, я в воскресенье и поехала… То есть, попыталась…

– То есть ты здесь уже несколько дней? – удивилась Диана.

Теперь нахмурилась Кристина.

– Нет, вряд ли. Я только что пришла в себя. Постойте… А какой сейчас день?

– Ну, последнее, что помню я, это утро среды. – Диана неуверенно посмотрела на Юлю.

– Я тоже, – подтвердила та. И посмотрела на Кристину. – А ты, стало быть, вечер воскресенья?

– Да. Но я… – Кристина замолчала, словно прислушиваясь к себе. Коснулась рукой волос. – Не чувствую, чтобы прошло два-три дня. Я бы хотела есть. И пить. И помыть голову.

Диана потерла лоб, прикрыла глаза и предложила:

– Так, давайте систематизируем. Если мы все пришли в себя примерно в одно время и чувствуем себя одинаково, то мы не можем знать наверняка, который сейчас день. По меньшей мере – седьмое июля, среда. На каждую из нас напали, но мы толком не помним нападения, только то, что происходило перед ним. Причем на нас с Кристиной напали в городе, а на тебя, – она посмотрела на Юлю, – на озере. На Кристину в воскресенье вечером, а на нас с Юлей – в среду утром. Мы не знаем, где мы, но все мы очнулись в разных темных комнатах, в которых кто-то был. В моей – мертвая женщина с петлей на шее, в твоей… – она посмотрела на Кристину, предлагая ей конкретизировать.

– Парень с ножом и в крови. Кажется, у него было перерезано горло. Возможно, он сделал это сам…

Диана перевела вопросительный взгляд на Юлю.

– Девушка в ожогах, – лаконично сообщила она, внутренне содрогнувшись.

– Три разных мертвеца, – пробормотала Диана задумчиво. – Потенциальные самоубийцы, но это неточно. И своего ты видела сначала в лифте, а потом в зеркале заднего вида?

Вопрос снова адресовался Кристине. Та сначала кивнула, а потом уточнила:

– В боковом зеркале. И не уверена, что это был один и тот же парень.