Шрифт:
– Скажи уже что-нибудь, – напряженно попросил Соболев.
– Ты когда успел кольцо купить? – только и смогла выдавить из себя Кристина, изо всех сил стараясь не расплыться в довольной улыбке.
– Утром, – честно признался он. – Но выбрал еще за пару дней до этого. Так что ты скажешь?
Она вынула кольцо из коробочки и неторопливо надела на палец. Подошло идеально.
– Скажу, что ты умеешь удивлять.
– Это значит «да»? – осторожно уточнил Соболев, поднимаясь и делая шаг ей навстречу.
Кристина театрально закатила глаза.
– Если девушка надевает кольцо, а не швыряет его тебе в лицо, значит, она принимает предложение. А «да» я скажу в ЗАГСе.
– Ладно, договорились. – Он быстро поцеловал ее в щеку. – Тогда до завтра.
Соболев повернулся и направился к двери, чем снова на какое-то время заставил ее потерять дар речи, но Кристина все же успела спросить:
– Ты куда?
Он остановился, обернулся и посмотрел на нее с убийственной серьезностью.
– Ты же устала. Я свои два слова сказал, не буду тебе больше мешать. Отдыхай.
Ему почти удалось не расколоться, но на последнем слове губы все же искривила предательская улыбка. Кристина нарочито возмущенно уперла руки в боки и сокрушенно покачала головой:
– Нет, Соболев, я тебя все-таки прибью однажды.
Прежде чем София успела юркнуть в отведенную ей комнату, Савин вновь попытался завести с ней разговор:
– Пожалуйста, дай мне объяснить… И рассказать все, что произошло за это время!
– Денис, поговорим завтра, – отрезала она. – Дай мне время прийти в себя и все осознать! У меня три года выпало из жизни…
Услышав это, он перестал держать дверь, и ее наконец удалось захлопнуть.
Оказавшись в спасительной тишине одиночества, София облегченно выдохнула и обвела взглядом гостиничный номер. Тот был небольшим, но довольно уютным. Уж точно в разы лучше, чем комнаты в лабиринте, а это уже немало.
Она неторопливо пересекла помещение, выглянула в окно. Первый этаж, до земли совсем недалеко. И никаких решеток на окнах. Кто угодно может как забраться, так и выбраться. Но гостиницу окружали многочисленные фонари, ярко освещавшие прилегающую территорию и не дававшие кому-либо злонамеренному укрыться в тени.
София довольно долго стояла у окна практически неподвижно, рассматривая темную стену леса, застывшую позади освещенного фонарями пространства, после чего направилась в ванную комнату. Яркий свет залил небольшое помещение, зеркало отразило чужое бледное лицо с заметными тенями под глазами и короткие всклокоченные волосы. Такое себе зрелище, но привыкнуть можно.
Она стянула с плеч кардиган, все это время весьма успешно прикрывавший ожоги на руках, и поправила петлю на шее, которую было видно только в отражении. Скоро можно будет снять проклятую веревку…
В дверь постучали. Три удара с равномерными паузами между ними. На мертвом лице молодого парня, отражавшегося в зеркале, появилась плотоядная улыбка, и он игриво подмигнул сам себе, прежде чем направиться к двери.
Глава 31
9 июля, пятница
Медвежье озеро
Диана вдруг проснулась, сама не зная от чего. В комнате было тихо и довольно светло: они забыли задернуть шторы, а уличные фонари, как всегда, горели очень ярко. Лился свет и из-за прикрытой двери ванной.
Карпатский лежал рядом, глубоко и размеренно дышал, как безмятежно спящий человек, но даже во сне обнимал ее одной рукой, словно контролируя, что она никуда не денется. Диана улыбнулась, глядя на его расслабленное лицо, а потом осторожно приподняла лежавшую на ней руку и выскользнула из кровати. Карпатский зашевелился, перевернулся на спину, но не проснулся.
Диана на цыпочках прошла в ванную, плотно закрыла за собой дверь и посмотрела на себя в зеркало. Там слегка улыбалось хорошо знакомое лицо. Конечно, ничего не могло всерьез измениться. То, что она теперь больше знает о себе, еще не значит, что это как-то ее меняет. Сила, как это назвал Нурейтдинов, судя по всему, была с ней всегда. Вероятно, именно поэтому ведьма похитила ее в детстве. И кто знает, чем кончилось бы дело, если бы не ребята, которые забрали ее из того дома. Может быть, она никогда не вернулась бы в привычный мир, а жила бы сейчас в лесу. А может, вернулась и осознанно владела бы магией, как София. Диану почему-то совсем не убедили ее заверения, что она пользовалась в работе обычным гипнозом.
Когда все расходились из ресторана, она улучила момент и смогла практически тета-тет задать Нурейтдинову важный для нее вопрос:
– Скажите, а это страшно?
– Что именно? – не понял он.
– Владеть силой.
Диана до конца не понимала, кто этот человек с неприметной внешностью университетского профессора, но не сомневалась, что он знает ответ.
Нурейтдинов смущенно улыбнулся и ненадолго задумался.
– Знаете, в разное время я по-разному ответил бы на этот вопрос.