— Идем, там комната управления и наблюдения. Иными словами — операционная! — и с этими словами отец Саши пригласил всех пройти за ним. Они вышли из одного помещения и, пройдя через коридор, вошли в большую комнату по соседству. Там — перед окном в комнату трансперсонодрома — стоял большой стол, на котором размещался пульт с большим количеством кнопок, цифровых и стрелочных индикаторов, и переключателей. А в центре располагался массивный осциллограф с широким экраном.

Вдоль одной из стен стояло множество металлических шкафов, к которым шли кабели: как из трансперсонодрома, так и от пульта. На внешней поверхности сверкало и горело множество индикаторных лампочек. В части шкафов виднелись огромные бабины с магнитной плёнкой.

Вдоль второй стены стоял ряд, примерно таких же, шкафов, но без бабин, и индикаторы на них не горели.

Внешне — это напоминало рубку управления космическим кораблем, из какого-нибудь научно-фантастического фильма или книги.

— Вы нам расскажете, что это за чудо? — обратился к отцу Саши старый академик.

— С огромным удовольствием! — радостно и горделиво ответил тот. — Перед вами комната управления трансперсонодромом. Она состоит из трех частей. Первая часть — это сам пульт управления. Через него идет управление всей аппаратурой, которая находится в этом помещении. На экране многоканального осциллографа мы будем видеть — в режиме реального времени — колебания этих показателей. Более того, мы уже с Аней приготовили сюрприз, о котором я скажу позже.

Вторая часть — это оборудование для неинвазивного сканирования и записи показателей работы головного мозга трансперсонавта. На бабинах магнитная лента, которая будет записывать эти показатели.

Третья часть — это оборудование, для генерации и регулирования силы тех физических факторов, которые — воздействуя на мозг и его отдельные участки — позволит осуществлять запуск сознания трансперсонавта в трансперсоно-путешествие. Но так как мы еще не знаем, какие именно физические факторы и поля этому способствуют, эта часть оборудования отключена. Да и индуцирующего запуск шлема пока нет.

— Почему? — спросил старый академик.

— Может оказаться так, — ответила Анна, — что нужное влияние будет оказывать только один или два фактора. А остальные нет. Поэтому монтаж этого шлема мы начнем только тогда, когда закончим первый этап исследований, и выясним, какое именно поле запускает нужный нам процесс. Источники этих полей мы и разместим в этом шлеме.

— Согласен! — не стал спорить Саша. — Но вот о чем я подумал. Все-таки мозг не изолирован от тела. Поэтому, возможно, но лично я в этом уверен, что состояние организма тоже важно для инициации отрыва сознания от материального носителя.

— Что ты предлагаешь? — спросил любящий конкретику отец.

— Предлагаю, помимо изучения сигналов головного мозга, одновременно и параллельно, изучать реакцию остальных органов и систем, — ответил Саша.

— Каких именно? — спросила внимательно слушавшая весь разговор Катя.

— Такие: кровяное давление, частоту сердечного сердцебиения, частоту дыхания, температуру тела, потоотделение, — предложил Саша.

— Это что? Вариант полиграфа нам нужно сконструировать? — спросила Анна.

— Что-то похожее, — подтвердил ее пасынок.

— Что-же ты раньше не сказал? — с досадой ответил его отец. — Теперь нужно будет все переделать! Вывести на пульт новые индикаторы. Поставить еще один осциллограф. И сконструировать новые датчики. Поставить еще один шкаф для записи этих показателей. Ладно с давлением, частотой дыхания, сердцебиением и температурой мы разберемся. А как быть с потоотделением?

— Сереженька! Ничего страшного — это очень просто. Мы используем показатели электропроводности поверхности кожи. Если она вспотеет и станет влажной, то ее электропроводность возрастет!

— Правильно! Какая ты у меня умница! — обрадовался ее муж. — Саша, а ты точно уверен, что это все нужно?

— Уверен, Батя! — твердо сказал Старик-Саша. Он вспомнил, как читал про эксперименты одного психолога стрелковой команды. Его фамилия Алексеев. Он изучал эти физиологические показатели у стрелков и обнаружил, что максимальную эффективность в стрельбе стрелки показывали только тогда, когда они имели строго определенный диапазон. Однажды, одна девушка на соревнованиях стреляла из рук вон плохо. Он проверил ее пульс, и тот оказался на десять ударов меньше, чем при ее оптимальной стрельбе. После нескольких приседаний пульс девушки достиг нужных значений и ее стрельба кардинально улучшилась.

Саша вполне логично предполагал, что и при трансперсональном путешествии эти показатели тоже должны быть на определенном уровне. Но подтвердить его предположения могли только будущие эксперименты.

— Саша, — вмешался старый академик, — надеюсь и ты, и все остальные понимают, что значения всех исследуемых параметров скорее всего строго индивидуальны для каждого трансперсонавта. И для каждого человека нужно создавать и прописывать свои, строго индивидуальные, рабочие значения этих показателей.