— Неплохо, — показал мне большой палец Ведерников. — Лучше, чем я думал поначалу. Давай еще схваточку.

Я едва успел кивнуть, как он вновь пошел на меня вперед, расслабленно выкинув хорошую двоечку: прямой и сразу боковой в голову, а потом еще одну апперкот в печень и боковой в голову. Я ушел назад, разрывая дистанцию, и из какого-то пацанячьего бахвальства крутанул в прыжке красивую вертушку, желая поймать противника на движении вперед. Моя нога должна была впечататься по кругу точно в голову атакующего, но тот удачно закрылся подставкой рук и сразу пошел вперед, сшибая меня с ног мощной подсечкой.

Я полетел вниз так, что ноги оказались выше головы, причем Ведерников умудрился мне еще в полете сбить дыхание, попав ударом кулака в солнышко. Несмотря на это, я приземлился грамотно со страховкой и попытался сразу же вывернуться из-под накрывшего меня сверху противника, но тот грамотно контрил мои действия, попутно осыпая меня болезненными тычками кулаком по корпусу. Сейчас сильно сказывались разница в весе и мой долгий перерыв в нормальных полноценных тренировках. Я просто не успевал за своим противником в партере и был вынужден пока только защищаться, отдав всю инициативу ему в руки.

Противник, прижав меня сверху весом, потащил мою руку на себя, отжимая ее на рычаг, а я изо всех сил вцепился в свою куртку и заблокировал свободный ход второй рукой, чтобы не дать провести себе болевой на руку. Тогда Ведерников, не став тратить время на преодоление моего сопротивления, мгновенно переключился и атаковал мою ногу, выходя на рычаг колена, и мне, после того как я проморгал эту атаку, ничего другого не оставалось, как несколько раз хлопнуть ему по ноге, признавая свое поражение.

— Неплохо. Партер, конечно, нужно подработать, а ударка у тебя, я как вижу, хорошая. Стойку в борьбе мы потом посмотрим. В общем, беру. — Еще раз повторил свою оценку Василий Иванович, когда мы оба поднялись на ноги, и хитро улыбнувшись, добавил: — Я думаю, ты у меня в группе кое-кого удивишь, а то зазнались тут некоторые «звезды». Им будет полезно чуток с небес приспуститься вниз на землю.

— Спасибо, — улыбнулся в ответ я.

— Тренировки в старшей группе три раза в неделю, понедельник, среда, пятница с восьми до десяти вечера и смотри мне, без уважительной причины не пропускать и не опаздывать.

— Так точно, Василий Иванович, — тут же встал я по струнке. — Есть не пропускать и не опаздывать без уважительной причины.

Попав в группу боевого самбо, которую тренировал Ведерников, я быстро освоился и стал своим для всех занимающихся там парней. Их не так много, всего человек пятнадцать, но большинство тренируются по скользящему графику из-за особенностей службы. Так что чаще всего одновременно в зале нас бывает не больше десяти человек.

Как я и ожидал, в группе я оказался самым молодым по возрасту спортсменом. Поначалу я увидел по отношению к себе некоторую снисходительность «старичков» — мужиков уже опытных, с большим стажем тренировок и богатым жизненным опытом. У многих из них за плечами были десятки задержаний, в том числе и особо опасных преступников. На меня поначалу косились даже с неким недоумением, типа, а что здесь делает этот зеленый юнец? Но я постарался сразу доказать, сомневающимся, что мой юный возраст еще не причина относиться ко мне свысока.

В первую мою тренировку после разминки мы поработали пару ударно-бросковых комбинаций, а после начались свободные схватки. Мне на отработке в партнеры попался Федор Власов — мужик лет за тридцать, примерно моей комплекции, крепкий, технически подготовленный, но по уровню для меня слабоват. Пока мы работали по заданию, он пытался все время меня поправить, убежденный, что я все делаю неправильно, и в том, что я слишком закрепощен. Я с ним спорить не стал, делал все в своей обычной манере, с удовольствием чувствуя, как истосковавшееся по нагрузкам тело включается в тяжелую работу.

На первую тренировочную схватку я так же вышел именно с ним. Так как это была схватка по правилам боевого самбо, то были разрешены и удары руками и ногами, и естественно борьба. Вот тут я и оторвался на нем по полной. В ударке он был откровенно слабее, поэтому я просто не подпускал его на дистанцию захвата, расстреливая на выбор с дальней дистанции. Через некоторое время Федор, у которого не получалось меня подловить, стал злиться и пытаться достать меня кривоватыми размашистыми свингами, которые мной легко читались заблаговременно. Я легко уходил, постоянно двигался, маневрируя между остальных пар и не давая себя достать. Время от времени делал стоппинги ногами, притормаживая удар, чтобы не отбить сопернику ноги, он мне все таки не враг. За все время схватки я так и не дал себя поймать или ударить, со своей стороны нанеся множество безнаказанных легких ударов по своему противнику.