Глеб, как ошпаренный, влетел в кабинет, кивнул и тут же умчался собирать всех во дворце. Я, переговорив с государем, решил пока прикорнуть на одном из чудом уцелевших диванов. Императору тоже советовал отдохнуть, но тот был на взводе. Его, конечно, понять можно. Одного только в толк не возьму — какого хрена меня попросили остаться на этом собрании? Там и без меня министров полно. Это же все вообще не по моей части.

Государь, правда, сказал, что я для него многое сделал, и что мои советы, мол, дельные. Всё из-за Распутиных — они пока в себя приходят, а то бы отец Гриши меня с радостью заменил. А мне просто хочется в душ и завалиться в свою кровать, а не корчиться тут на диване.

Спал я, короче, плохо — неудобно жутко. Да ещё и топали все вокруг — после снятия осады народу набежало много. Но вскоре мучить себя попытками выспаться стало бессмысленно — нас всех согнали на совещание в большой зал, который явно видал лучшие времена.

Я плюхнулся рядом с Михайловичем и окинул взглядом собравшихся. Большинство из них я в глаза не видел. Но разбираться, кто есть кто, даже не стал. Просто сидел и слушал, как Император всем рассказывал про звонок из Австрии, а остальные, надувая щёки, выдавали свои «гениальные» мысли по этому поводу.

— У нас мало сил, государь, чтобы восстановить всю противовоздушную оборону — враг просто нам этого не позволит, — разглагольствовал какой-то седовласый тип в синем пиджаке. — Этот звонок ясно дал понять, что австрийский Император хочет отхватить как минимум половину наших земель. На меньшее он не согласится.

— А я вам больше скажу, ему и столицы будет мало, — грохнул по столу кулаком какой-то другой мужик. — После Москвы начнут бомбить все города, где есть что-то ценное. И это приведёт к тому, что часть наших земель уйдет под крылышко других стран. А здесь начнётся гражданская война.

И все вокруг зашептались, заахали и заохали. А чему тут удивляться? Так оно и будет, верно предыдущий оратор сказал. Но тут нарисовался какой-то «умник» в военной форме с идеей настолько странной, что даже мозги закипели. Хотя, надо отдать должное — он хотя бы пытался шевелить извилинами.

— Я считаю, что нам стоит собрать свои силы и нанести ответный удар, пока не поздно, — выдал он с серьезной миной.

— Сильно сомневаюсь, что это сработает, — мгновенно осадил его другой вояка. — У нас, конечно, боевых самолетов тоже много, но мы всё равно столько не наскребём сейчас, чтобы устроить нормальную воздушную битву. У них авиация в разы больше и мощнее. Только зря технику потеряем и окажемся в ещё более паршивом положении.

И вот они обсуждали эту тему по кругу, решая, чья идея менее хреновая. Время утекало, как песок сквозь пальцы, а я задолбался здесь сидеть.

— Извиняюсь, но массовый воздушный бой устраивать вовсе не нужно, — я поднялся с места, и все удивленно уставились на меня. — Просто найдите мне один самолёт.

Никто не врубался, какую чепуху я несу и к чему клоню, но Император одним взмахом руки заткнул всех и выдал:

— Добрынин, один-то уж хороший истребитель мы для тебя точно найдём. Да хоть тридцать, думаю, в короткие сроки сможем предоставить.

— Мне хватит и одного, — я ухмыльнулся. — А дальше просто положитесь на меня.

Кто-то начал кричать, что я чокнулся и требовать объяснений. Но государь, похоже, всё просёк. Так что мы быстро закрыли эту тему. Размусоливать ее не было смысла, да и выбирать остальным было не из чего — либо моя авантюра, либо коллективный провал. Потому пора приступать к моему варианту…

Двадцать часов спустя

Когда Император обещал Добрынину самолёт, он и не думал, что придётся так задержаться. Ведь враги захватывали военно-воздушным базы. Пришлось выкладываться по полной, чтобы отбить одну. Только благодаря переброшенным силам русские успели вернуть объект.

И вот теперь Император с Михайловичем и военными сидели на этой самой базе, наблюдая за Добрыниным. Его самолёт нёсся навстречу красным точкам на радаре. Точек было больше трёх сотен.

— Это что, какой-то розыгрыш? — вырвалось у усатого военного. — Радар, наверное, барахлит. А мы эту базу отбивали как проклятые, даже спецов притащили.

— Точно! Эти сволочи что-то тут напортачили. Всё из-за графа Лудова, предателя. Этот баран до последнего держал здесь оборону, — поддакнул его товарищ.

Государь жестом заткнул обоих, потому что на радаре было видно, как по Добрыне выпустили множество ракет. И все, затаив дыхание, впились глазами в радар.

Но ни одна из ракет не добралась до истребителя — все они просто застыли в воздухе, будто время решило прилечь отдохнуть.

— Нет, точно радар с катушек съехал, — помотал головой усатый. — Дайте картинку с самолёта, — рявкнул он технарю.

На экране появилось видео, где было видно, что ракеты не зависли в воздухе, как казалось на радаре. Они просто, попадая в гравитационное поле Добрынина, становились тяжёлыми и падали вниз.