– А то, – засмеялся Володя.

– Пиши адрес, братишка! Мне-то собраться – только подпоясаться…

Руслан уже и вспомнить не мог, когда собирался куда-то вот так – мгновенно, с места в карьер, без предварительного заблаговременного планирования. Его всего переполняла бурная, пузырящаяся, как лимонад, радость, ощущение, которого он не испытывал уже много лет. Как же он, оказывается, был привязан к другу своего детства! Как невероятно соскучился! Хотя сам этого не понимал…

– Динька! – закричал он, и голос разнесся по всем трем этажам.

Она прибежала, перепуганная, на половине лица – зеленая косметическая маска:

– Что? Что случилось?!

Рус засмеялся:

– Володька случился! Помнишь, я тебе говорил?! Друг детства старинный. Сейчас вот созвонились с ним.

– Ф-фу-уф, – выдохнула Диана. – Вот реально перепугал! Чего так кричать-то, зая?

– Я сейчас еду к нему, – объяснил он. – Возможно, зависну до завтра.

– Выпивать небось будете? – прищурилась под маской Диана.

«Не понимает, – огорченно констатировал Руслан. – А вот Оля поняла бы…»

– И пить будем, не без этого, – сказал он. – А что?

– Э… да ничего особо, – вяло откликнулась она. – Ладно, я тут дома побездельничаю.

Он чуть не съязвил, что это у нее дома получается лучше всего, но сдержался.

– Ну все, я помчался, – Рус чмокнул ее (в шею, чтобы не измазаться) и побежал заводить машину. Он уже решил, что сначала смотается в гипермаркет, купит того-сего к столу – не идти же в гости с пустыми руками. Ну и Диньке заодно надо ее любимый миндальный тортик прихватить, чтоб не дулась. А к Володе уже, как договорились, – на такси. Вот дурной, не спросил даже, что Володя пьет…

Ехать оказалось не так уж далеко – не через весь город, а всего лишь в Коньково. Хотя живи Володя где-нибудь в Балашихе, Руслан и туда рванул бы не задумываясь…

В такси, когда уже миновали МКАД, вдруг накрыли запоздалые сомнения. А что, если вся эта эйфория, охватившая его сейчас, обернется горьким разочарованием? Вот сядут они с Володькой, выпьют, закусят. Повспоминают свои игры, двор, детский сад, младшую школу… А потом, когда эти темы исчерпают себя, окажется, что больше говорить-то и не о чем.

Но обошлось. И еще как обошлось!

Сначала просто смотрели друг на друга – изучающе, внимательно, жадно. Потом где-то в глубине мелькнуло узнавание, облегчение – и они обнялись, крепко-крепко.

– Ч-черт, – пробурчал Руслан и сердито вытер глаза.

– Вот же мужиков приучили эмоции скрывать, – хмыкнул и Володя, и Рус увидел, что у друга глаза тоже на мокром месте. – Неправильно это, кстати. Даже вредно.

– Я вот тут приволок кой-чего к столу, – пробормотал Руслан, спеша затушевать неловкость момента.

– Ну ты даешь, братишка! – ахнул Володя, оценив объем привезенного пакета. – Куда столько? Это ж мы обожремся и помрем молодыми, как мой Руська выражается. Ладно, пошли на кухню.

Руслан послушно двинулся было за хозяином, но на секунду затормозил.

– Погоди, я что-то не понял… Руська?

– Да сына я Руськой назвал, – с улыбкой пояснил Володя, вводя гостя в кухню. – Можно сказать, что в честь друга детства, – он подмигнул – точь-в-точь как тогда. – Хотя Людмилке это имя тоже всегда очень нравилось.

– Понимаю, – кивнул Рус. – Руслан и Людмила.

Он огляделся. Кухня была именно такой, как ему нравилось, – пусть и небольшой, но обжитой, добротной, уютной. Ничего общего с тем глянцево-рекламным минимализмом, который развела у него дома Диана. Деревянная мебель, скорее надежная, чем стильная, техники не так уж много, но по каждому предмету видно, что им активно пользуются. Чисто – но в меру, не до стерильности. И все вещи, от веселых клетчатых полотенец у раковины до массивного морозильника, только что не кричат: «Я здесь для того, чтобы хозяевам было удобно!» Окна открыты нараспашку, и из них веет свежестью без всяких кондиционеров.

– Так это и есть та квартира, которую вы тогда получили? – поинтересовался Руслан.

– Нет, что ты! – махнул рукой Володя. – С квартирами у нас такая эпопея была… Долгая история, расскажу как-нибудь при случае. Зато теперь у нас у каждого своя крыша над головой. Хотя все-все многочисленное семейство здесь, в одном районе, недалеко друг от друга.

– Родители?.. – осторожно заикнулся Рус. Страшно боялся услышать, что тети Светы или дяди Кости больше нет, но спросить было необходимо.