— Она нырнула глубоко в мою яму ужасов. — Он повернул телефон в руках, показывая нам ряд видеозаписей с камер на большом телевизионном экране, установленном перед ним.

Я заметил Роуг на одной из них: она сидела на корточки в чем-то, что казалось темным, грязным туннелем, явно ничего не видя, потому что похлопывала по земле перед собой. Но она была жива, даже если и попала в лапы этого мудака, она все еще дышала. И это была первая ошибка Шона.

— Наслаждайтесь представлением, мальчики-Арлекины, оно вот-вот станет отвратительным. — Шон поставил телефон на что-то так, чтобы изображение с камеры заполнило весь экран.

Я хрустнул костяшками пальцев, ощущая вкус желчи во рту, погружаясь в порочное состояние души. И там я и останусь, пока не закончится эта ночь. Мне было все равно, какие новые грехи запятнают мою душу к рассвету, лишь бы те, кого я любил, снова были в безопасности.

Гребаный Шон, возможно, и был монстром, но он призывал к себе гораздо более могущественного монстра, и сегодня вечером он насытиться.

Тьма давила на меня со всех сторон так сильно, что я чувствовала себя почти более комфортно с закрытыми глазами, чем с открытыми.

Здесь, внизу, было холодно. Холодно и сыро, запах мокрой земли наполнял мои ноздри.

Вес всего мира давил на меня, удерживая в этой слишком маленькой железной коробке и заставляя мое сердце бессмысленно колотиться о грудную клетку.

Рыдание застряло у меня в горле, заставив меня закашляться, когда пыль осела в моих легких, и до меня донесся отдаленный звук удара.

Я попыталась крикнуть, но это привело только к еще большему приступу кашля, вырывающемуся из моих легких, и я подавила еще один всхлип, погрузившись в мысли о том, что я умираю здесь, навсегда потерянная в этом аду, мои мальчики давно ушли, а мое сердце навсегда разбито.

Я отогнала воспоминания, которые это тесное пространство продолжало пробуждать во мне, напомнив себе, что я выбралась из обломков «Кукольного Домика». Что я пережила это, и я переживу все произойдет дальше. Чего бы это ни стоило.

Мое раненое плечо после падения горело с силой тысячи солнц, и я прошипела проклятие, прижимая к нему руку, чувствуя влажное тепло моей крови, неуклонно текущей из раны.

Я прижалась спиной к темной стене грязи позади себя, судорожно втягивая воздух, пока холод пробирал глубоко до костей, и прислушивалась к тиканью будильника, ожидая сигнала к движению. Я не была дурой и не собиралась рисковать безопасностью Мейбл, поэтому я просто сидела здесь одна в темноте, ожидая, когда закончится время, и ничего не делала с тех пор, как ушел Шон.

— Где вы? — Я выдохнула, проводя большим пальцем по почти незаметному бугорку на предплечье, куда Сейнт именно по этой причине вставил в мою плоть маячок.

Я знала, что Шон из себя представляет, знала его насквозь. Я знала, что он никогда не остановится. Я понимала, что этот день рано или поздно наступит. Он был одержим и настолько сосредоточен на том, чего хотел, что брал все, любым возможным способом. Он зациклился на идее заполучить меня, так что трекер показался очевидным выбором.

Я не рассказала своим парням о нем, потому что знала, как они отреагируют. Они бы устроили целое представление, поклялись бы, что могут защитить меня сами, и обещали бы мне все на свете, лишь бы убедить меня отказаться от импланта, не желая признавать, что мне может понадобиться такая вещь.

Сейнт предложил мне простой план, чтобы извлечь из трекера максимум пользы. Он установил территориальную сигнализацию, чтобы получить оповещение, если я покину улицы Сансет-Коув, и я должна была просто отправить ему сообщение, чтобы подтвердить, что ушла по собственной вле и все в порядке. Если он не получит от меня этого сообщения, то должен был рассказать моим парням о трекере и передать им всю информацию, чтобы они могли меня найти.

Я сразу поняла, что мы больше не в городе. На улицах, где я выросла, определенно не было старых бункеров, и если рискнуть предположить, я бы сказала, что мы находились где-то на сельскохозяйственных угодьях к востоку от рая, который я называла домом. Не то чтобы мне было за что зацепиться, кроме сельскохозяйственного здания, но поскольку Шон все это время следил за нами, имело смысл предположить, что он не отходил от нас слишком далеко.

Далекий крик заставил мои глаза распахнуться, и я с тревогой вгляделась в окружающий меня мрак, представляя все худшие вещи, которые он мог бы сделать с мисс Мейбл, если бы я не подыграла этому дерьму. Так что мне нужно поторапливаться.