— Превосходно! Я о таком даже и не слышал, и не поверил бы, если бы сам не видел результаты! — Доктор аж подпрыгнул от радости — У нас полно концентрированного лимонного сока, мы брали его как средство от цинги. Вы должны будете научить мня, как делать такой уголь! Этот случай показал, что такое средство от отравлений и лечения желудочных болезней нам просто необходимо!

— Да запросто — Я невольно сглотнул, покрываясь холодным потом. — Но попозже, для этого нужно как следует подготовиться и иметь достаточно свободного времени.

— Без сомнения — К моей радости доктор легко согласился с моими доводами — Признаться, я довольно скептически относился ко всем вашим словам, от того, что вы учились в университете, до ваших познаний в биологии и токсинах. Трудно ждать от такого молодого человека как вы, таких знаний. И то, что вы согласились работать в экспедиции простым каюром, тоже было удивительно. Но я изменил своё мнение. Я думаю, что мистер Соверс, даже если и случится чудо, и он придёт в сознание, не сможет дальше полноценно руководить экспедицией, у него парализована левая сторона тела, и значит, как его заместителю, мне придётся взвалить на себя эту ношу. А раз так, я не хочу разбрасываться такими ценными людьми как вы. Ваши познания в зоологии северных животных меня поразили, я даже и предположить не мог, что отдельные части тел млекопитающих могут быть ядовиты, тогда как остальные вполне съедобны! Я предлагаю вам должность биолога и зоолога экспедиции! Да и врач вы не плохой, несмотря на то, что ветеринар, а второй врач в экспедиции, как опять же показал последний случай, крайне необходим! Это конечно не освободит вас от обязанностей каюра и охотника, но в конце концов мы все тут делаем несколько дел одновременно! Что скажите?

— Скажу, что не справлюсь — Честно ответил я — Я не умею вести журналы наблюдений, хотя со вскрытием и описанием зверей и птиц я, наверное, справлюсь. Кроме того, я не биолог, я изучал зверей, а разные там микроорганизмы…

— Ну что вы, мистер Волков — Рассмеялся доктор — Я же тоже остаюсь биологом экспедиции, просто нас теперь будет двое! Я покажу вам как вести дневники и журналы наблюдений, это не трудно, они отпечатаны в типографии, а нам только и остается, что заполнять их! О деньгах не волнуйтесь, я готов переподписать с вами контракт!

— Только стрелять и описывать зверей и птиц? — Я задумался — Это всё?

— Нет не всё! — У доктора горели глаза — Мистер Соверс выбыл из строя. Навсегда, или на долго, это теперь не имеет значение, но мы обязаны выполнить то, что было целью этой экспедиции изначально! Мы предполагали, в качестве подготовки к походу на Северный полюс в следующем году, в этом году пересечь Северную Гренландию и добраться до проливов. Мы пойдем зимой, во время полярной ночи, ибо фьорды и проливы проходимы только в это время года, когда встаёт надежный лёд. Через несколько недель, мы начнем выходить на закладку промежуточных складов, а через несколько месяцев экспедиция выйдет в свой поход. Мы предполагали, что первоначально в поход уйдут две собачьи упряжки и восемь человек. Дойдя до середины пути, одни сани и четверо человек повернут назад, оставив основной группе все свои припасы, и вернутся на зимовье налегке, переходя от склада к складу. Основная же группа дойдёт до противоположного побережья, исследует проливы, водрузит там американский флаг и вернётся назад. Первоначально, я должен был возглавить вспомогательную партию, а мистер Соверс основную. Теперь же я займу его место, а во вспомогательной партии главным станет лейтенант Гросс!

— Забавно, а я тут причем? — Теперь я понимал, почему док так быстро и вовремя сместил с трона Совера, мгновенно воспользовавшись первым же подвернувшимся моментом. А доктор то не прост! У молодого и амбициозного парня оказывается были свои планы, как и кто должен пройти Гренландию по ранее нехоженому маршруту и открыть проливы, дающие американцам право претендовать на Гренландию и арктический шлейф. Он хотел, быть первым, а не оставаться в тени Соверса!

— Со мной пойдут Ричард и Сэсил — Доктор ещё не начал говорить, а я уже знал, что я услышу. — Ричард сказал мне, что вы замечательный лыжник, даже лучше, чем он, к тому же вы лучше всех управляетесь с собаками, и я хочу, чтобы вы присоединились ко мне!

Я невольно усмехнулся, ведь то, что сказал доктор было настолько очевидно, что только глупец не смог бы понять его план. Никого из ученных экспедиции доктор не хотел брать с собой, и на это была веская причина. Ему не нужна конкуренция! Лыжник, фотограф (что бы запечатлеть его подвиг) и русский каюр, который вообще ноль без палочки. Никто наши имена даже и не вспомнит, все будут говорить только о докторе Томасе О’Ниле! И ради этого, этот глупый американец предлагает мне рискнуть своей жизнью!

Почти месяц прошёл с того дня, как власть в экспедиции поменялась. К моему огромному удивлению Соверс до сих пор жив, но почти полностью парализован. Через пять дней после приступа он очнулся, но с тех пор ни каких изменений в его организме больше не происходило, и лучше ему не становилось, и хуже тоже. Он не может разговаривать и почти не может двигаться, он прикован к постели. Теперь у дежурного по зимовью появилась ещё одна утомительная и неприятная обязанность: он кормит и поит Соверса с ложечки, ежедневно меняя ему импровизированные подгузники. Кажется, что бывший начальник даже не понимает, что с ним происходит, его взгляд рассеян, одно слово — овощ.

Доктор, несмотря на свою молодость и не опытность, быстро перехватил все рычаги управления экспедицией, и действовал по ранее разработанному Соверсом плану. Мы закончили строительство зимовья, склада, конюшни, и даже установили стационарную палатку для укрытия собак, в случае непогоды. Ежедневно метеорологи и прикрепленные к ним помощники выходят снимать показания с трех метеостанций, расположенных вокруг зимовья. Картографы и геолог изучили уже все окрестности, составив подробную карту прилегающей к нашему фьорду территории, Чарли же, как наш самый универсальный специалист, составлял карту магнитных и гравитационных аномалий, и совместно с Льюисом изучал небо, на котором уже стали появляться первые звезды. Я вообще поражался знаниям и увлеченностью своим делом этого лейтенанта. Целыми днями он таскался по пересеченной местности, а вечером и ночью, сидел за телескопом, часами разглядывая в небе какую ни будь интересную с его точки зрения звезду. В основном его помощниками и спутниками в походах выступали мы с Ричардом, попутно совмещая это дело с охотой и обучением езды на собаках.