С топливом на полярной станции проблем не было, на одну зимовку его должно было хватить с большим запасом. Еще в летний период полярники почистили свой и ближайшие фьорды от плавника, которого за долгие годы на берегу скопилось много, да к тому же два корабля снабжения выгрузили из своих трюмов большой запас угля. А ещё жир есть, да и керосина у нас пока хватает. Печь в зимовье, которую мы использовали и для отопления, и для приготовления пищи, топилась почти непрерывно.

Подготовка к основной экспедиции тоже шла полным ходом. За три наших похода по закладке складов мы выявили много недостатков. Нужно было что-то делать с одеждой, охраной лагеря от нападения хищников, поменять медицинский набор, нужна была лыжная мазь для низких температур, нужно было внести изменения в конструкцию фонарей, приладив к ним светоотражатели, изготовить страховочные системы для людей и собак, чтобы разведчик проверяющий толщину льда и наста на трещинах, мог идти на риск, не думая о возможной гибели. Да туже самую укладку снаряжения на нарты нужно было пересмотреть, чтобы не делать много лишней работы, доставая то что требуется. А помимо этого требовалось решить ещё целую кучу проблем.

Сейчас в каждом выходе на охоту или на тренировку, я не ставил в упряжку Маньяка, который оклемался от ран, теперь я пытался надрессировать его на охрану нарт. По моей идее, он единственный не будет привязываться на ночь с остальными собаками, его местом обитания на стоянках будут мои нарты, которые всегда будут «припаркованы» возле входа в иглу или палатку. Если на стоянку нападут медведи, как это случилось в тот злополучный второй выход, Маньяк должен будет принять на себя первый удар, и дать нам возможность приготовится к встрече с хищниками. И на моё удивление, у меня это получилось довольно легко. Характер этого пса не был предназначен для командной работы в своре, а вот охранник из него получился отличный.

Сегодня дежурным был я. На часах был уже первый час ночи и все парни, уставшие за рабочий день так, что едва дотащили ноги до кроватей, безмятежно спали. В зимовье раздавался богатырский, многоголосый храп. Я сидел на табурете возле окна, строгал щепки для растопки печи, и смотрел на северное сияние. Это зрелище, если честно, успело уже изрядно поднадоесть. Красиво, спору нет, но не каждый же день на эти сполохи огня над головой любоваться?! Через несколько недель они уже бесить начинают, хочется света, солнце увидеть, но до него, до первого рассвета, было ещё далеко. В голове у меня было пусто, ни одной мысли, а руки работали ножом сами по себе, и потому я не сразу услышал слабый шепот, как будто кто-то звал меня по имени.

Оторвавшись от своего занятия, я обернулся по сторонам. Все спят, может кому-то сон снится, и он разговаривает во сне? Такое вполне может быть, например, Льюис еще неделю после того как пришел в себя, мучился кошмарами и кричал во сне, зовя на помощь. Пожав плечами, я вернулся к работе, но едва я взял в руку нож, меня снова кто-то позвал. Обернувшись в этот раз, я тут же встретился взглядом с тем, кто произносил моё имя. Нож выпал из моей руки и воткнулся в доски пола буквально в сантиметре от моей ноги, но я вообще не обратил на это внимание, потому что я не отрываясь смотрел на… Соверса!

— Сидор… — Парализованный бывший начальник экспедиции смотрел на меня осмысленными, ясными глазами — Помоги мне Сидор!

Через секунду я оказался возле постели больного. Тот факт, что Соверс очнулся и заговорил, меня не очень-то и обрадовал, но что поделать, случаются чудеса. После моего переноса в прошлое, я уже, наверное, ничему в жизни не удивлюсь.

— Как вы себя чувствуете? — Я бегло осмотрел Соверса. Кроме того, что он заговорил, визуально других изменений не было, он всё так же был парализован.

— Помоги мне Сидор! — Соверс на мой вопрос не ответил — Помоги!

— Чем вам помочь? — Речь бывшего начальника экспедиции была не внятная, я с трудом его понимал.

— Револьвер! Дай мне мой револьвер! Он где-то рядом должен быть, в моих вещах — Соверс, захлебываясь и путаясь в словах в этот раз выдал целую фразу. Я снова с трудом его понял — Не хочу так…

— Револьвер? — Я вытащил из-за пояса то, что просил Соверс, так как теперь постоянно, даже на зимовье с оружием не расставался — Этот что ли?

— Отдай! — Соверс аж взвыл.

— Я-то могу отдать — Сказал я, хотя естественно отдавать ствол Соверсу не собирался — А вот вы как с ним справитесь? Руки двигаются? Ничего у вас не выйдет, а помогать в этом деле вам никто не будет!

Из глаз Соверса потекли слёзы, полупарализованное лицо застыло в жутком оскале.

— Убей меня!

— Нет! Не для того я вас спасал. — Я отрицательно покачал головой — Вы пришли в себя, и это уже хорошо, лучше, чем мы могли рассчитывать! Вы несколько месяцев пролежали как овощ, как живой труп, а сейчас по крайней мере вы можете связно мыслить и даже хоть как-то говорить. Это чудо! Без лечения, без реабилитации… Не теряйте надежду, возможно восстановятся и другие функции организма. Следующим летом придет корабль, и мы отправим вас домой, а пока попробуем заняться вашим лечением тут. Утром парни проснуться, и мы начнем с зарядки, мы вместе постараемся восстановить подвижность пораженных частей тела, я конечно не врач, но думаю это может помочь, по крайней мере хуже не будет. Будете играть каждый день в шахматы, чтобы и мозг по возможности восстановился. Мы придумаем что ни будь, не вздумайте сдаваться! До выхода экспедиции еще много времени, я лично вами займусь!

— Ты! — Соверс, смотря на меня налитыми кровью глазами. — Почему ты?!

— Ясно… И как давно вы в сознании? — Я внимательно посмотрел на американца.

— Давно! — Короткие, одиночные слова у Соверса получалось произносить довольно четко, по крайней мере куда как лучше длинных фраз.

— Понятно. Вы в курсе последних новостей, просто не могли ничего сказать… — Я присел на край нар Соверса — Почему я? Даже не знаю, как так получилось, если честно. Вы вышли из строя, Томас хотел вас убить, и парни сами с ним разобрались, Чарли ученый и не может командовать, а я… А я единственный тут, кто хоть что-то знает про север. Я не рвался в начальники, так решили ваши люди. И раз уж так вышло, то я доделаю то, что вы начали. Экспедиция стартует, как и планировалось, в феврале! У нас уже почти всё готово, осталось переждать полярную ночь.