На другой стороне в окнах появилось несколько человек. Они начинали занимать позиции.

– Быстрее! – рявкнул Гиря, втягивая меня в переулок. Я споткнулся о кирпич, но удержался.

Уйти далеко не получилось. В переулке мы встретились лицом к лицу с пикапом японской фирмы. В кузове уже стоял один из боевиков и был готов стрелять из РПГ.

– Вправо! – крикнул я, толкнул Гирю и прыгнул за остатки разрушенного здания.

Тут же прозвучал выстрел и на другой стороне улицы произошёл взрыв. Началось!

Мы отползли с Гирей за бетонную стену, но здесь нас накрыло пылью и обломками. Это был ответный выстрел с другой стороны.

Следом пули засвистели в воздухе. Крики раненых начали смешиваться с оглушительным грохотом.

Я стиснул зубы, чувствуя, как от напряжения пот стекает по спине.

– Попали так попали! Нас зажимают! – сказал Гиря.

Стрельба пошла на соседней улице. Это была возможность идти дальше.

– Бежим! – пихнул я Гирю в направлении машины.

Автоматные очереди продолжали прошивать воздух, выбивая куски кирпичей из стен.

– Сюда! – крикнул Кирилл, и мы скрылись за углом здания.

Я выглянул из-за угла: один из боевиков, шатаясь, упал, прижимая руки к окровавленному животу. Его товарищи мгновенно потащили его с собой. Раненый боевик оставлял кровавые следы на асфальте, пока его тащили в укрытие.

Пригибаясь, мы выскочили из переулка, когда пулемётная очередь прочертила воздух в паре сантиметров от наших голов. Где-то за спиной глухо ухнул взрыв. Я бросил взгляд назад: бывшее кафе превратилось в горящий костёр из кирпичей и обломков мебели.

– Ходу, – скомандовал я.

Мы пробежали по разбитой дороге, петляя между остовами машин. За каждым поворотом могла поджидать смерть. Крики, выстрелы, грохот рушащихся стен – весь этот хаос сливался в дьявольскую симфонию войны.

– Вон туда! – показал Гиря на полуразрушенный дом.

Вбежали внутрь. Скелет здания стоял на последнем издыхании. Повсюду трещины в стенах, осыпающийся потолок. Наверх не подняться. От лестницы остались одни обломки.

– Пауза, – сказал Гиря, восстанавливая дыхание.

– Надо двигаться, иначе…

И вышло именно «иначе».

Сквозь пролом в стене показались фигуры. Это были несколько боевиков. И они нацелили свои автоматы на нас.

Не успел я потянуть за собой Гирю, как очередь прошла между нами, кроша стену. Пули посыпались следом за нами. Песок и куски бетона осыпали меня и Гирю, пока мы вновь не выбрались на улицу.

– Быстрее! – громко сказал я, но Гиря отчего-то не мог уже быстро бежать.

Тут же из-за угла показалось ещё двое боевиков. Рванув Гирю в сторону, я замер с ним между разбитой машиной и стеной дома.

Сердце колотилось в унисон с выстрелами. Надо отдышаться… хотя бы секунду.

– Зацепили, – хрипло выдохнул Гиря, прижимая ладонь к ране на плече. Кровь сочилась сквозь пальцы, капая на землю.

Только я потянулся к Гире, чтобы помочь перетянуть руку, из разрушенного дома вышел «старый знакомый». Брутальный араб поднял автомат и направил его на меня.

– Конец дороги, джентльмены, – процедил Радвар на смеси арабского и английского.

Сердце забилось в груди с бешеной скоростью, а всё вокруг будто замерло. Дыхание замедлилось. Имад держал меня на прицеле и мог в любой момент произвести выстрел.

Гиря тоже не растерялся и своевременно успел наставить пистолет на Радвана. Всё же без оружия, Кирилл решил из дома не выходить, прихватил с собой «Беретту» М71.

Мы коротко переглянулись. Буквально одно мгновение, чтобы Гиря понял – работаем в команде.

– Успокойся. Тебе же нужна плёнка? – сказал я, выставив левую ладонь впереди себя. – Бери! Гиря, пусть он подойдёт.

В правой руке я сжимал фотоаппарат.

– Оружие на землю, иначе я его убью! – прошипел сквозь зубы Имад и сплюнул.

Я едва заметно кивнул, и Гиря начал опускать ствол.

– Спокойно, не стреляй, я кладу пистолет…

Он медленно наклонился, чтобы положить пистолет на землю. На долю мгновения внимания араба полностью сфокусировалось на Гире. Я сделал небольшой шаг вперёд, сокращая дистанцию между мной и Радваном.

– Плёнку. Живо, – произнёс Имад, переключая внимание на меня.