– Всамделишных?
– уточнила Ниалира.

– Настоящих богов?
– переспросил Малтаэль.

– Валим.
– решил Азакрон, и не смог переместиться.

– Отпустите его величество и кудрявого, и проверьте сами.
– предложила я, зная любознательную натуру своих детишек.

– Хорошо!
– радостно закричали дети и обрубили веревки на пленниках и связь с кораблем.

– Господа, нападение отменяется.
– развернувшись к экипажу лицом, объявила я.
– Сейчас я познакомлю вас с моими коллегами и воспитанниками. Надеюсь, мы сработаемся.

– Даже не сомневайся.
– весело ответили все.

– Что ж, раз нападение отменяется, я предлагаю ближе познакомиться.
– взяла слово главный артефактор.

– И пожалуй, стоит уточнить один момент.
– вдруг сказала сероглазая, со все возрастающим интересом рассматривая Харона, тесно прижимающегося ко мне. Хром, я настолько привыкла к тому, что он постоянно максимально близко ко мне находится, что уже не считаю это чем-то странным. Как так и надо.
– Харон, это то, о чем я думаю?

И вот о чем это ты думаешь, мне интересно узнать? Не надо думать о моем Хароне. Вредно для здоровья. Честное слово вредно. Примерно на столько же, насколько вредно пить цианид, дышать фосгеном, купаться в соляной кислоте и многое другое, о чем мне сейчас настойчиво шепчет фантазия и ревность. Видимо, Харон снова без слов меня понял, потому что спрятав улыбку в моих волосах, крепко обнял меня за талию, и прямо посмотрел в глаза той девушки, молча отвечая на ее вопрос. Я кинула на нее косой взгляд, и очень удивилась, когда она широко и радостно улыбнулась, явно довольная увиденным, а потом вообще облегченно выдохнула и весело подмигнула мне.

– Ну и попала же ты, малышка.
– покачала она головой, а потом дала странный совет.
– Главное, если решишь проходить слияние с даром, делай это не в присутствии нашего бывшего регента.

Ничего не поняла. Какое еще слияние? Куда слияние? Кого слияние? И пока я тупила, система корабля сообщила о стыковке нашего линкора и эсминца Ника. Вообще, можно было и не сообщать, потому что тряхнуло нас знатно. И судя по парочке крепких выражений, которыми наградил мироздание господин главнокомандующий, так не должно было быть. Я открыла рот, что бы что-то сказать, но тут послышался топот шагов в коридоре, и к нам в помещение выбежала моя орава. При чем во вполне определенной последовательности. Малтаэль и Ниалира впереди, за ними бежал злющий Ник, и следом не менее злющее величество. Дети, едва завидев меня, счастливо визжа, бросились обниматься, но по факту банально прятались от преследователей. Детей обижают?! Какое сказочное свинство!

– Ваше величество!
– укоризненно воскликнула я, опускаясь на колени и ловя в объятия мелких.

Но мужчины и не думали останавливаться. Еще немного и их тоже придется обнимать. Судя по реакции, Харон подумал о том же самом, потому что он исчез и появился за спиной Ника и Леля, обнимая тех из-за спины за шею сгибом локтя. Мужчины задергались и захрипели, им не хватало воздуха. А брюнет смотрел на меня и детей, что обнимали меня за шею. Я благодарно ему улыбнулась, и только после особо натужного хрипа его величества, Харон отпустил людей.

– Они! Нас! Да мы!
– некультурно тыча пальцем в детишек, хрипели два агрессора, сидя на полу линкора и растирая пережатые шеи. И это цвет нашей нации! Лучшие представители человечества! Ужас.

– Я вас в угол сейчас поставлю, ваше величество.
– хмуро пообещала я, крепче обнимая мелких.
– Вы чего это удумали? Детей обижать собрались? Ну поиграли они с вами немного, так что ж теперь, бить их, раз вы проиграли?

Ой, эти лица надо было видеть. Столько возмущения, что у Никвела даже нижняя губа затряслась. У императора затряслись остатки самоконтроля, и он одарил детей многообещающим взглядом. Точно в угол поставлю. Создам ему максимально тесный угол, и пусть думает над своим поведением.

– Она зовет этого оболтуса "величеством"?
– громким шепотом спросила Элиф у Тахи.

– Ага.
– ответила та ей.

– Прикольно.
– широко ухмыльнулась беловолосая, и подошла к императору, помогая тому подняться.
– Слышь, твое величество, ты чего к мелкоте прицепился? Достойных твоего внимания соперников там унюхал? Не стыдно?

– Кхе, да чтоб тебе так огрести от этой мелкотни.
– поднимаясь, пожелал ей Лель.

– Скажи еще что-нибудь такое, и я тебе еще где-нибудь рот вырежу.
– тихо и почти доброжелательно произнес Константин.

– Вот как же я рад вас всех видеть.
– процедил его величество, явно довольный тем, что не послушался меня и полетел на войну вместе с нами.

– Глазам своим не верю.
– выдохнул Азакрон, пораженно глядя на нас с детьми.

– А я вам говорил, что Месть и Ненависть за нее держатся.
– ответил ему Сабхатор. Он явно давно мечтал это сказать. Видимо, раньше ему никто не верил, и его это злило. Но до триумфа бога войны никому дела не было.

– Так, народ, я предлагаю выпить рюмку чая и все-таки перезнакомиться, пока мы не перебили друг друга.
– выступая вперед, командным тоном пригласила всех девушка с серыми глазами, и предложение это было просто замечательным. Народ покивал, согласно загудел, и все, включая управляющего кораблем главнокомандующего, направились на выход с капитанского мостика.