– Страшна, дьявольская цель у лиходея, служения бесовские в другой книге писаны, – опустил глаза старец.

– Какие служения? В какой книге? – чуть не закричал я.

– Тот, кто приходил, книгу с собой имел, – старец говорил неохотно.

– Вы не читали, что там было написано? – спросил я, понимая нелепость того, что страшные преступления записаны в каких-то древних книгах.

– Дьявольские книги читать, Бога хулить, – укоризненно посмотрел на меня старец. – Токмо сверху видел, солнце двенадцати лучей золотом посередине было. По разговору догадался, что не для добра узнавал он про девиц беловолосых, зло волховское задумал, зелье чернокнижное.

– Кто приходил к вам, Корнелий, вы сможете узнать человека, если еще раз увидите? – заговорил я как служитель правопорядка.

Зачем спросил, не понятно. Интересно, когда и как я смогу привести убийцу для опознания? Тоже мне детектив доморощенный.

К моему огромному удивлению, старец ответил.

– Скрывал лицо он, высокий такой в черном одеянии, – спокойно сказал Корнелий. – Многократно приходил в обитель, лет несколько назад. Все выспрашивал, да книги редкие искал. Моя вина в том, что рассказал про девиц белокожих да беловолосых. Не к добру спрашивал он, ой, не к добру.

Я замолчал, потому что не знал, что сказать. В голове роились разные мысли, только собрать все вместе не получалось. Да и не было у меня никаких доказательств. Конечно, я прекрасно понимал, что узнавать такое и убивать девушек ради одержимости приготовить эликсир бессмертия, мог любой. Вот только точно высосанные стекловидные тела и филигранно вырезанная печень говорили о наличии профессионализма и медицинских навыков.

Какая-то важная деталь не давала покоя, и я не мог понять, какая именно.

В келью заглянул ратник, и я понял, что трачу чужое время.

– Спасибо большое, Корнелий, – поблагодарил я старца.

Монах только кивнул, я вышел и пошел с конниками к повозке.

Всю дорогу до дома я молчал и смотрел на бесконечные поля.

Я понимал, что должен рассказать сотнику или старосте про то, что девушками с белыми волосами и лазурными глазами интересовался некий мужчина. Не рассказал я по двум причинам. Первая, у меня не было доказательств. На каком основании сотник будет искать всех, кто был в монастыре и интересовался книгами? Такое не запрещалось. Связать непонятные легенды с убийствами практически было очень сложно.

Была и вторая причина, намного более важная. Я должен был разобраться в собственной голове, как бы странно это ни звучало. Разумеется, меня впечатлила книга с серебристыми квадратными символами и удивительными рисунками северных людей. Легенда завораживала. Наличие подрасы, неизвестной ранее науки, вызывала дикий интерес ученого.

Только думал я о другой книге. Все это время я готов был вывернуться наизнанку только, чтобы вспомнить. Я был уверен, что видел черную кожаную книгу с выгравированным золотом солнцем с двенадцатью лучами. Да где?

Почему феноменальная память не дает вспомнить одно-единственное событие? И откуда я взял, что весь ритуал записан в страшной книге?

Ладно, нужно успокоиться и расставить по местам.

Когда я вернулся домой, время обеда давно прошло.

Навстречу выбежал, как обычно Тимофей, радостно открывая ворота. Я заметил еще давно, что все, кто были на службе, Агафья, Тимофей, повар и остальные, довольно хорошо выполняли свои обязанности. Причем даже тогда, когда братьев-купцов дома не было. Никогда не жаловались, выглядели счастливыми. Наверное, так было принято и роль слуги таковой не воспринималась. Все жили одной большой семьей, выполняя разные обязанности. Разделение на господ и слуг в принципе не ощущалось.

Мои размышления прервала Агафья, стоявшая в горнице:

– Господин лекарь, с обеда пирогов и квасу сейчас принесу.

– Не нужно, Агафья, – быстро сказал я. – Поем уже за ужином, чего ради меня десять раз стол накрывать, да посуду мыть.

Девушка с готовностью кивнула, и пошла по своим делам.

Я решил подождать до ужина и пошел в свою комнату, чтобы спокойно все обдумать. В голове было столько информации, что я хотел воспользоваться новым инструментом в виде феноменальной памяти.

Теперь я, наверное, так и буду читать все внутри собственной головы вместо того, чтобы пойти в библиотеку или открыть Интернет.

Книга. Вот что меня волновало больше всего.

Я снял кафтан и пояс, оставшись в просторной льняной рубахе. Мне все больше нравилось здесь, в том числе и из-за удобной одежды. Раскрыл лекарскую сумку, достал блокноты, которые мне, судя по всему, достались от лекаря, в чем теле я оказался. Иоганн. Красиво имя, хорошо, что в русской интерпретации имя совпало с моим настоящим, Иван. Хотя по имени меня никто так и не назвал, буду привыкать к обращению «господин лекарь».