На первой лекции леди Гленна сказала, что теперь мы будем знакомиться с каждой осью подробно. И начнём, что логично, с южной, которая запустила процесс объединения вокруг хаба.

Там, в «средиземноморье», как выяснилось, был лишь один континент — зато колоссальный, растянутый вдоль южного тропика. Почти пять месяцев в году стояла жарища, до пятидесяти по Цельсию («синхронист» мне пересчитал), имелись пустыни.

Государственные деление выглядело аморфным, границы были прозрачны. Технический прогресс продвигался вяло, а иногда вообще затухал. Тамошний народ, измученный зноем, как будто не мог решить окончательно, на что делать ставку — на технологии или всё-таки на флюид с его плюшками.

На этой оси любили сиесту и отдыхать могли очень долго. Но периодически возникал-таки исследовательский зуд, который и вывел людей оттуда на хаб. Хотя, может, первопроходцы просто искали место, где будет попрохладнее…

Леди Гленна пообещала, что на следующем уроке продолжим и познакомимся с южным законодательством. А затем, двигаясь по кругу, изучим все остальные оси, вплоть до юго-восточной, то бишь моей.

Я кое-что записывал в общую тетрадь, прихваченную из Космограда. Сидящая рядом Вендла с удивлением косилась то на русские буквы, то на мою шариковую ручку. Её северный язык на письме тоже выглядел занимательно — диакритических знаков там было столько, что рябило в глазах. А записи она делала какой-то фиговиной, которую я, не парясь, классифицировал как флюидный фломастер. Спасибо хоть, не гусиным пером.

— Ну, как у тебя дела? — спросил я на перемене. — Нравится здесь?

— Ещё бы! Прямо не верится, что у меня свой отдельный домик.

— А у вас в герцогстве как вообще с квартирным вопросом?

Она зависла на миг, услышав формулировку, потом хихикнула:

— Странное выражение. А вообще, у нас живут семьями, прям все сразу. Дети, родители, дяди-тёти, дедушки-бабушки. Так-то весело, но… А здесь я — как герцогиня какая-то. Вчера, правда, так устала, что просто жуть. Голова раскалывалась…

— Знакомо.

Джино и Ферро похвастались, что вчера ходили в пивную. Ну да, у них-то языкового курса не было, мозг не плавился. И почти полдня свободного времени. Халявщики, блин.

Когда мы расселись в классе у Варгаса, тот сказал:

— Итак, в прошлый раз мы с вами ловили ветер-флюид. Сегодня опять попробуем, но сначала обсудим ещё один ключевой момент. На теоретическом занятии вам уже объяснили, как мы выстраиваем маршрут, если не заходим на хаб?

— По часовой стрелке, — сказала рыжая, которую звали Кайла.

— Да, это общий принцип. Но есть нюанс, который сильно осложняет нам жизнь. Именно он создаёт тот флёр романтики и опасности, которым овеяна профессия ямщика. Увы, нельзя просто взять, поймать ветер и перескочить, к примеру, с южной оси на северную, описав полукруг. Приходится действовать по-другому.

Варгас начертил на доске всё те же восемь осей:

— Флюид нестабилен. Движение по нему приходится периодически прерывать, делая остановки. Предположим, мы стартовали с юго-востока, с нового моста, и двинулись по кругу. Если повезёт, мы допрыгнем до соседней оси. Конкретно — до южной.

Он соединил короткой дугой два названных луча. Там, где эта дуга упёрлась в южную ось, поставил жирную точку:

— А вот дальше — сложнее. Как нам известно, юго-западный мост ещё не проявлен. А сразу до западного мы за один прыжок мы не дотянем точно. Значит, нам предстоит промежуточная посадка между осями. В одном из диких миров, как любят выражаться газетчики и бойкие беллетристы.

Варгас нарисовал ещё одну точку — чуть ниже западного луча. Подвёл к ней дугообразную линию от предыдущей стоянки:

— Так будет выглядеть и остальной маршрут. Движение, остановка, движение, остановка. А на рисунке — линия, точка, линия, точка. Штрихпунктир, если вам угодно.

Я удивлённо замер, уставившись на него.

— Тимофей, вам что-то непонятно?

— Нет, просто… В нашем мире как раз изобрели корабли для дальних космических перелётов. Я учился их пилотировать, но дело не в этом. Используется принцип микро-прыжков через подпространство, а корабли называются как раз-таки штрихпунктирными… И мне почему-то кажется, что это не совпадение…

— Вы совершенно правы. Освоение штрихпунктирных перемещений — одна из предпосылок для подключения миров к хабу. В некоторых мирах этот принцип реализован с помощью технологий, в других — с помощью флюида. И тот факт, что вы, Тимофей, были заняты в данной области, наверняка помог вам выйти на хаб.

Меня пробило на смех, и я едва удержался. Хотел, значит, быть пилотом на штрихпунктире? На, получи! Правда, вместо космоса придётся теперь ловить попутный волшебный ветер, но это уже фигня, не стоящая внимания…