Эфир внутри кристалла души разрывал магические каналы, высвобождая энергию. Я позволил своей магии течь свободно, вытягивая силу из кристалла Найтова, перенаправляя её в собственное тело.

Вальтер кричал, его тело выгибалось дугой. Кожа начала сохнуть, морщиниться, словно из неё вытягивали всю влагу. Глаза западали, щёки впадали, волосы тускнели.

Зрители наблюдали в ужасе. Никто из них никогда не видел ничего подобного. Хорошо. Пусть боятся. Страх порой — лучший союзник.

Наконец, когда от Найтова осталась лишь иссохшая оболочка, напоминающая мумию, я вытащил эфирный клинок. Тело рухнуло на пол безжизненной куклой.

Барьер вокруг арены замерцал и погас. Поединок закончился.

Металлические прутья по-прежнему торчали из моего тела, но я едва замечал их. Эфир, насыщенный энергией, поглощённой из Найтова, блокировал боль, залечивал повреждения.

Повернулся к зрителям. Их лица выражали шок, страх, недоверие. Некоторые отступили, словно опасаясь, что я могу сделать с ними то же, что с Найтовым.

Лок и Торс первыми преодолели оцепенение. Они поспешили ко мне, чтобы помочь.

— Марк, — Лок с ужасом смотрел на металлические прутья. — Ты хреново выглядишь.

— Чувствую себя чуть лучше, — хмыкнул я и тут же поморщился. Голос звучал как скрип ржавой двери. — Помоги выбраться отсюда.

Кристи подбежала, её лицо было белым как мел, а в глазах стояли слёзы.

— Марк, ты… — она запнулась, не находя слов.

— Жив, — закончил за неё Лок. — Пока что.

К нам приблизились остальные гости из Терры-12: Хольт, Тапаев и Ротоковский. Их лица не выражали скорби по погибшему товарищу. Только холодную оценку.

— Впечатляет, — произнёс Тапаев. — Но это только начало, мальчик.

Я сплюнул кровь.

— Такими темпами скоро вам придётся драться коллективно, иначе никаких шансов не останется, — подхватил Лок, поддерживая меня за плечи.

Тапаев вспыхнул от гнева, но Ротоковский удержал его, положив руку на плечо.

— Мы встретимся на арене, Эфир, — тихо произнёс высокий маг. — И тогда посмотрим, кто смеётся последним.

«Жду не дождусь», — поморщился я, чувствуя, как слабеет магия, блокирующая боль. Прутья начинали жечь, словно раскалённые.

Торс подхватил меня, удерживая в вертикальном положении, когда ноги начали подкашиваться. Лок тем временем расчищал путь через толпу зрителей.

Они одновременно хотели держаться подальше от нас и не могли оторвать взгляда от странного зрелища. Человека, пронзённого металлическими прутьями, который каким-то чудом всё ещё стоял на ногах.

Кристи шла рядом, то и дело бросая на меня обеспокоенные взгляды. Она хотела помочь, но не знала, как.

— Всё будет хорошо, — произнесла она, скорее себе, чем мне. — Всё будет хорошо.

— Конечно, — согласился Лок, хотя прозвучало не очень убедительно.

Комната в особняке Световых, которую мне выделили для восстановления после боя, была роскошной, но сейчас её богатое убранство казалось насмешкой. Кровать с балдахином и шёлковыми простынями, которые скоро окрасятся кровью. Изысканная мебель, покрытая резьбой. Картины на стенах, изображающие какие-то идиллические пейзажи.

Торс аккуратно уложил меня на кровать. Прутья всё ещё торчали из тела, делая любое положение мучительным.

— Их надо вытащить, — Лок нервно переминался с ноги на ногу. — Но… как?

— По одному, — сквозь зубы процедил я и закашлялся. — Начиная с ноги.

Торс кивнул. Он крепко ухватил прут в ноге и одним резким движением выдернул его.

Боль прострелила всё тело, и я не смог сдержать вскрик. На шёлковых простынях расплылось кровавое пятно.

— Извини, — Лок ответил за брата.

Подал знак продолжать.

Следующим был прут в руке. Затем — в плече. Каждое извлечение сопровождалось новой волной боли и свежим пятном крови на простынях.

Кристи, не выдержав зрелища, выскочила из комнаты. Вернулась через минуту с бинтами, мазями и какими-то склянками.

— Это поможет, — она начала промывать раны, нанося на них мазь, которая мгновенно немела кожу.

Последний прут, тот, что задел шею… Оказался самым сложным. Он прошёл рядом с сонной артерией, и любое неверное движение могло окончиться фатально.

— Давай я, — Лок отстранил Торса. — У меня руки меньше.

Он осторожно ухватил прут и, следуя моим немым указаниям, медленно извлёк его. Кровь хлынула из раны, но я уже был готов. Эфир, направленный в повреждённую ткань. Сформировал временную «заплатку», останавливая кровотечение.

— Невероятно, — прошептала Кристи, наблюдая, как рана на шее затягивается на глазах. — Как ты это делаешь?

Блондин нахмурился, собираясь с мыслями.

— Этот ублюдок, Найтов, — произнёс он наконец. — Он специально берёг силы для финального удара. Дождался, когда ты приблизишься, чтобы нанести серьёзные ранения.