— Нет, я не увидела душу. Нет там пока никакой души, — огорошила меня Рагна.

— Что?! — охренел я.

— Душа вселяется с первым вдохом, это даже я знаю! — сообщила Ханна.

— А как же… — я хотел сказать про мозговую активность плода, еще про что-то, что мельком читал в моем прошлом мире.

— Очень может быть, что в мире Творца дело обстоит иначе, — не дала мне Рагна договорить, — но у нас это так. Я просто это вижу. В момент, когда женщина беременеет, формируется канал, по которому в ребенка при рождении войдет душа. Роды человека — это еще и роды его души. Канал вызревает вместе с телом малыша. Сперва он очень маленький, его не видно. Потом он становится заметным глазу некроманта, обычно с третьего-четвертого месяца. Но я как лич вижу яснее. Мне несколько раз случалось видеть беременных даже на болоте, да и потом, в городах, которые мы проезжали, и в Ильморе. Так что в сроках я почти уверена.

— Пока ребенок растет, канал с душой как-то влияет на него? — тут же заинтересованно спросил я. — А если роды преждевременные? Или вообще… у вас практикуется рассечение живота, чтобы достать плод?

— Практикуется, но и то и другое рискованно! И один из факторов риска — достаточно ли сформирован канал, чтобы душа уже могла через него пройти? Хороший некромант может немного его укрепить и даже расширить, но именно немного — тут очень легко все испортить. А человеческое тело без души в нашем мире жить не может, сразу умирает. Ребенок, даже если родится, родится мертвым.

Мириэль зябко поежилась.

— Что-то мне неприятен этот разговор, — сказала она с легким удивлением. — Не ожидала от себя такой чувствительности!

— Это нормально! — снова авторитетно сказала ей Ханна.

— Извини, — вздохнула Рагна в свою очередь. — Я просто отвечала на вопрос Андрея! Но сейчас замолчу. Если он захочет, я ему потом подробную лекцию прочитаю… А пока только скажу, что да, канал души потому возникает в самом начале беременности, что будущая душа может влиять на мозг ребенка заранее.

Я захотел спросить, а можно ли как-то определить по этому каналу, что там за душа — вдруг какая-то особо злодейская? Но вспомнил чувствительность Мириэль и решил, что поинтересуюсь у Рагны этим приватно.

— Ладно, — сказал я. — Тогда дальше. Насколько я понимаю, Мириэль абсолютно здорова, как и ребенок? Ты ведь можешь ее обследовать?

— Могу и собираюсь, — кивнула Рагна. — Но вести беременность должна буду очень, очень осторожно — на дитя в таком возрасте любое воздействие, хоть Нежизни, хоть Природы, может оказать… — она покосилась на Миру, — не совсем тот эффект, который хотелось бы. Хотя я не думаю, что потребуется какое-то воздействие! Благословение плодовитости от богини Любви, если это оно, распространяется на нерожденное потомство тоже. То есть после родов уже родители сами должны заботиться, но пока ребенок в животе, то, скорее всего, будет развиваться здоровым.

— Всегда поражаюсь, откуда ты столько знаешь! — впечатлилась Ханна. — Даже не в области некромантии.

— А это область некромантии, — усмехнулась Рагна. — Жизнь, не-жизнь, смерть… Это не водоразделы, это точки на координатной плоскости. Или, точнее, определенные зоны. Хочешь хорошо разбираться в смерти — узнай все о рождении! И наоборот.

— Как еще некроманты не захватили мир, — покачал я головой.

— Боги за этим очень строго следят, — серьезно произнесла Рагна. — Не может быть короля или королевы-мага. Это один из тех запретов, за нарушение которого боги явятся и покарают лично.

— А если не король и королева, а, скажем, директор корпорации? — уточнил я.

— М-м, если я правильно помню, что такое корпорация, то зависит от того, насколько она крупная, — сказала Рагна.

Я сделал себе пометку на будущее. Если вдруг прокачаю бизнес, нужно будет вовремя уточнить эти границы — и, если что, отправить Рагну на заслуженный отдых или перевести руководить филиалом поменьше. Неприятности на ровном месте мне нафиг не нужны!

В общем семейный совет закончился на оптимистичной, конструктивной ноте. Мы все радовались грядущему пополнению, а Мириэль если и не особенно радовалась, то негативных эмоций тоже не испытывала. Скорее, она настороженно относилась к такому развитию событий. Даже сказала:

— Ну что ж, не знаю, какой я буду матерью, но Андрей будет великолепным отцом, это точно!

— Не знаю, какой матерью ты будешь, но точно не будешь плохой, — твердо сказал я ей.

Ханна просто откровенно радовалась и уже планировала детскую. Рагна тоже радовалась — но, кажется еще, заранее стрессовала насчет возможных проблем почище Мириэль! И не то чтобы ревновала, а очень сильно завидовала.

— Я не очень стремилась к романтическим отношениям, но родить ребенка когда-нибудь хотела, — объяснила она мне, когда мы остались наедине через день или два после нашего семейного совета. — Мне всегда было ужасно любопытно, как это ощущается изнутри, да еще при наличии Ядра Нежизни! Но отложила этот опыт по двум причинам.

— Первая — это твой поиск бессмертия? — уточнил я.

— Да. Было бы глупо рожать ребенка только чтобы потерять его спустя каких-то пятьдесят или шестьдесят лет! Ведь надеяться на то, что у ребенка будет Ядро и он сможет долго омолаживаться — это все равно как надеяться, что мытарь разрешит бедняку не платить налог!

— Ну вот я встречал одного некроманта в Фильде, у которого сын тоже с Ядром Нежизни.

— Ему очень повезло! И не повезло одновременно. Сколько лет мальчику?

— Лет пять, — припомнил я.