Нет, парень он действительно был очень талантливый. Движения быстрые, руки лёгкие, резкие. Видно сразу, что реакция звериная, а чувство дистанции отличное. Под одной из нарезок я даже увидел подпись, что он первый чемпион UFC сразу в двух весовых категориях. В моё время такого статуса ещё никто не достигал.

Особенно меня впечатлил бой Конора с каким-то коренастым парнем, фамилия на титрах была Альдо.

— Вот это скорость, — пробормотал я.

Только бой начался, и буквально через миг Конор попал, скосив Альдо, закончил бой за какие-то секунды.

Пацаны вокруг сгрудились, смотрели вместе со мной. Но чем дальше я листал, тем больше вылезало грязи. Пошли кадры с конференций: Конор в костюме, микрофон в руке, и он на весь зал обрушивает потоки оскорблений на какого-то кавказца. Грубость, мат, крики и истерики.

— А это кто? — спросил я у пацанов, показывая пальцем на экран.

— Это Хабиб Нурмагомедов, — ответили сразу несколько голосов.

— Случайно не сын Абдулманапа Нурмагомедова? — уточнил я.

— Да! — дружно подтвердили.

Я замолчал. Нифига себе… Абдулманапа я знал и уважал. Настоящий тренер, строгий, правильный. И теперь его сын стал чемпионом? Молодец. Он это заслужил.

Я снова вернулся к Макгрегору. Следующее видео — он на улице выхватывает телефон у какого-то фаната, который пытался его снять, и швыряет об землю. Другое видео — какой-то бар, Конор бьёт старика, который просто отказался пить его виски. И ещё — пресс-конференция, где он сидит перед журналистами и демонстративно делает глотки прямо из бутылки своей же марки виски…

Я выключил экран и положил телефон обратно в корзинку.

— Ну всё ясно с твоим Конором. Да, спортсмен он хороший, спору нет. Но как человек — говно. И именно такой пример он подаёт молодёжи. Не надо с него брать пример, — заключил я.

Миша опустил взгляд, но спорить не стал.

— А с кого тогда брать пример? — спросил один из пацанов.

— С Хабиба, например, — ответил я сразу. — Дисциплина, уважение к залу, к сопернику, к самому делу. Вот на это равняться можно.

— А с вас можно брать пример? — неожиданно спросил голос из середины строя.

— Можно и с меня. Я вам для того здесь и нужен.

Через пять минут я закончил знакомство с пацанами. Последний ученик вышел из строя, назвал своё имя и любимого боксёра и вернулся в строй.

— Ну что, пацаны. Теперь я знаю, кто вы и кем вдохновляетесь. Запомнил каждого. Значит, самое время начинать тренировку.

Я свистнул в свисток.

— Встали ровно! Сейчас покажу, с чего начинается боксёрский день.

Тренировку я начал с пробежки. Парни вышли из зала на улицу, и я встал первым, задавая темп бега. Мне также было не лишним потихоньку начать тренироваться после боя.

Колонна двинулась. Подошвы зашуршали по асфальту, все держали дистанцию и ритм, которые я задавал.

Я то и дело оглядывался на пацанов. Они шли молодцом, хотя было видно, что нагрузка для многих даётся непросто. Всё-таки одно дело — представлять себя Тайсоном, сидя на диване, а другое — прийти в зал и попробовать познакомиться с его величеством Боксом.

В какой-то момент я вспомнил про того самого полного мальчишку, которого взял в группу, и посмотрел на него украдкой. Было заметно, что пацану тяжело. Лицо раскраснелось, дышал он тяжело, по лицу ручьём струился пот. Он отставал всё больше, а потом, не выдержав, резко остановился. Сел прямо на бордюр и схватился рукой за бок, наклонившись вперёд.

Я на ходу обернулся к Ване, который бежал сразу за мной.

— Давай вперёд, возглавляй бег. Темп держи как у меня, — велел я.

Ваня только кивнул и сменил меня, став первым номером. Колонна перестроилась и продолжила держать строй.

Я же подошёл к толстому пацану и сел рядом. Мои глаза застыли на уровне его глаз, чтобы он не почувствовал, что я давлю сверху.

— Тяжело, да? — прошептал я. — Знаю, что тебе тяжело. Но запомни — сдаваться нельзя.

Он посмотрел на меня, в глазах одновременно читалась и злость на самого себя, и желание сорваться. Я медленно покачал головой.

— Сегодня ты пробежал километр. Завтра пробежишь полтора. А послезавтра заберёшь всю дистанцию. Всё зависит только от тебя.

Пацан шумно втянул воздух, хотел что-то сказать, но только медленно покачал головой. Я ткнул пальцем ему в грудь, а когда он опустил голову — коснулся его носа.

— Вот прямо сейчас у тебя есть два варианта. Первый — сойти с дистанции и проиграть самому себе. Второй — подняться, дождаться, пока боль в боку уйдёт, и пойти дальше. Ты можешь не бежать, а идти. Но дойти до конца. Это важно, братец. Ты же помнишь, что невозможное возможно?