– Какая вода? – не догадывается Миша.

– Эта, – поясняю я, указав на быстро разливающуюся под мостом реку. – И уйдет она, как только в дне «Кальдеры» вновь разверзнется брешь. Значит, пока Бивень будет скрыт от нас под водой, нам не о чем волноваться.

– Совершенно верно, – подтверждает Ефремов. – Понятия не имею, как вы, а лично я не намереваюсь ни под каким видом обнародовать эту деталь выведанной мной правды. Мир должен быть в курсе, что в итоге приведет его к гибели, но если она все-таки настанет, пусть это случится неожиданно. Будем гуманными. Сегодня на Земле и без того хватает параноиков, чтобы я своими откровениями наплодил новых. Так что и вам рекомендую помалкивать…

Вот мы с Мишей и помалкиваем. Равно, как и Лев Карлович, чье нежелание плодить в мире параноиков после строительства помпезного «Надгробия Цивилизации» кажется теперь прямо-таки по-детски наивным.

Не могу сказать, как точно сбылось предсказание Ефремова насчет утраты мной душевного равновесия, но уже скоро я пожалел, что выпытал у академика всю правду. Сегодня меня частенько мучают приступы необъяснимой тревоги и бессонница, а прогуливаясь порой по берегу нового Обского моря, я все время с опаской гляжу вдаль, не показалась ли над волнами остроконечная верхушка Поющего Бивня. И пусть пока он скрыт глубоко под толщей речных вод, я ни на миг не забываю, насколько зыбка эта безмятежность.

А где-то там, на гораздо большей глубине, в недрах планеты таятся силы, для которых мы – люди, – на Земле всего лишь гости. Беспардонные, не в меру расшумевшиеся гости, чей срок пребывания здесь чересчур затянулся. Недавно нам на это отчетливо намекнули. Мы не поняли намек. И, скорее всего, не поймем, хотя со всей присущей нам самоуверенностью считаем себя разумными существами. За что вскоре и будем держать ответ. На сей раз – по всей строгости местных законов.

Но, с другой стороны, возможно, в этом и кроется подлинная вселенская справедливость, ибо натерпевшаяся от нас страданий Земля явно не достойна таких неблагодарных обитателей…