Плохо и то, что у Владимира в Киеве наверняка куча доверенных людей. Артём вызнал лишь о двух-трех. По совету Сергея брать их он не стал. Установил наблюдение в расчете на то, что плотвичка подведет к щукам. Результат – ноль. Владимир – мутит. Ромеи – мутят. Волхвы – мутят. Недавно поймали человечка, который на Ярополка хулу нес. Допросили с пристрастием, и оказалось – человечек этот на князя Мешко работал. Выгодно князю лехитов смуту в Киеве затеять. Глядишь, удастся прибрать к рукам городок-другой.

Всем выгоден слабый Киев. Каждый племенной князек о независимости мечтает. Помощи от них требовать – бессмысленно. Мы, скажут, Киеву присягали от внешних врагов совместно обороняться. А Владимир – это не внешний враг, а родич. В распри родичей вмешиваться мы не присягали.

Так что зря Артём надеется на Претича. Сам воевода, может, и придет, а вот дружина черниговская – шиш.

Рассчитывать можно только на себя. И действовать быстро. Немедленно. Сергей вздохнул. Эх, нет больше Люта. Вот он умел прыгать по-святославовски. Артём, впрочем, тоже может. Дать ему тысяч десять степных витязей. Дороги сейчас сухие, хорошие. Дву-о-конь долетят птицами. Ударят внезапно, разгонят Владимирове войско. Хорошо бы и самого Владимира захватить. Или хотя бы этого малого, Олава нурманского…

Сергей снова вздохнул… Эх, годик бы еще – силы восстановить. Он бы и сам мог… Но – надо ли? Может, именно Владимир нужен Киеву?

Хотелось – озарения. Чтобы, как встарь, – увидеть, что нужно делать. Увидеть, куда катит колесо Истории. Владимир, Владимир… Что-то такое о нем помнилось… Невнятное. Хорошее. Наверное, хорошее, раз помог ему Сергей когда-то новгородским князем стать… А сейчас выбор, увы, невелик. Владимир – язычество, прошлое. Ярополк – христианство. Значит – будущее. И все-таки не лежала у Сергея душа – к Ярополку. Только долг…

Бояре удивленно взирали на пригорюнившегося воеводу. Некоторые зашептались. Этот шепот и легонький толчок сидящего рядом Артёма вернули Сергея в реальный мир.

– Я так мыслю, княже, – сказал воевода с достоинством. – Подмогу нам собирать – некогда. Время – дороже. Пути сейчас добрые. Надо спешно поднять гридь, старшую и младшую, всех, кого можно собрать за три дня. И пусть идут к Полоцку. Вперед большие дозоры послать – чтоб ни один гонец к Владимиру не проскочил. И еще послать кого-нибудь – связаться с теми людьми Роговолта, что уцелели. Они свои кривичские леса знают: запрут тропки-дорожки – барсук не проскочит.

Сказав это, Сергей внимательно оглядел собравшихся бояр. Попытался угадать: кто из них на Владимира шпионит? Не выдаст ли себя?

Нет, так не угадать. Ничего. Засады на дорогах расставить – недолго. Поймаем, расспросим…

Бояре помалкивали. Ждали, что ответит на предложение воеводы великий князь.

Но первым высказался не князь, старший боярин.

– И кто поведет это войско? – поинтересовался Блуд. – Уж не ты ли?

– Воевода Артём поведет, – сухо произнес Сергей.

Блуд тут же ткнулся к уху Ярополка. Зашептал что-то.

Великий князь поднял голову. Посмотрел на Сергея… с подозрением. Потом сказал негромко, без выражения:

– Мы подумаем.

Встал и вышел.

Блуд поспешил за Ярополком.

Что же эта сволочь ему нашептала?

– Все, как я тебе и говорил, княже! – возбужденно говорил Блуд. – Воевода Серегей с Владимиром заодно. Я слыхал – и новгородское княжение у Святослава Серегей для Владимира выпросил. И сыновья его не зря к Владимиру ходили. Кто знает: может, Богуслав этот Владимиру полоцкие ворота и открыл?

– Глупости говоришь, – отмахнулся Ярополк. – Славка меня от стрелы закрыл. Он мне верен.

– А старший, Артём? Зря, что ли, Владимир его одаривал? Большую силу забрал воевода Артём, княже. Врагов твоих замиряет, дружину твою водит, как свою. Дела посольские сам решает. Кто знает, о чем он там с немцами договорился? Дашь ему лучших людей, а он с Владимиром сойдется, и пойдут они на Киев вместе. А тут их воевода Серегей – встретит. Богатства у него такие – три печенежские орды купить можно. И останешься ты, княже, без дружины и без Киева. Сошлет тебя Владимир княжить в какой-нибудь Улич. А казну твою – приберет. Хорошо, если жену не отнимет, – он до красивых баб, я слыхал, сам не свой.

Ярополк сумрачно глянул на своего советчика. Сказал без особой уверенности:

– Серегей – христианин. А рабичич – за старых богов. Я сам поведу войско.

– Мудро, – согласился Блуд. – А за Киевом я присмотрю.

– Почему – ты?

– А кому ж еще? – развел руками боярин. – Кому еще ты можешь доверять, как мне?

– Что-то я проголодался, – сказал Ярополк. – Эй, кто там? Кликните, чтоб накрыли стол в трапезной княгини. Ступай, боярин. После поговорим.

Блуд покинул покои, ничем не показав своего разочарования. Как было бы чудесно, если бы Ярополк оставил на него Киев. Лучшего и придумать нельзя: князь, воеводы, большая и малая дружины – уходят на север. И увязают под стенами Полоцка или еще где. А Киев – полностью в руках Блуда. И он будет творить все что пожелает. Первым делом – растрясет те роды, которые побогаче. Того же воеводу Серегея. Иудеев прищемит. За них теперь заступиться некому. Князя нет, хузарского хаканата нет. Лехитскую слободу Блуд тоже растрясет. Мешко-князю это не понравится. Но это только к лучшему. Решит войной пойти – пойдет через волынские княжества. Там и увязнет. Жаль, ромеев прищучить нельзя. Вот где золотых солидов – как карасей в Почайне. Но с кесарем ссориться – опасно. И с кем тогда торговать? А вот печенегов лучше купить. Причем сразу. Деньги найдутся. Казна княжеская, она ведь тоже в Киеве останется. Вот на нее Блуд печенегов и купит. А потом, со степными наймитами, пойдет примучивать тех, кто его власти воспротивится. И все тогда у Блуда будет. Все. И наложницу Ярополкову, ромейку Наталию, он тоже возьмет. Ох, хороша ромейка! Такую не купишь. Такую только отнять можно…