– Езжайте домой, Валерия, и будьте осторожны на дорогах, - он повернулся и пошел к своей машине.

– Постойте, - закричала я, - я должна придти к вам в пять часов?

– Нет, не надо, я уже распорядился поставить ваш сотовый телефон на прослушивание...
– он махнул мне рукой и сел в машину.

Устроившись поудобнее в своей маленькой "Сузуки", я пристегнула ремень и тронулась с места. Выруливая на проезжую часть, я затылком ощутила смутное беспокойство. Мне казалось, что опасность вот-вот настигнет меня. Но движение на дороге было такое сильное, что у меня просто не было возможности обернуться.

Вдруг вид на заднее стекло заслонила какая-то тень и тихий голос порусски проговорил:

– Не бойтесь, госпожа, это я.

Моя машина вильнула влево. Мужик в соседнем автомобиле, гаркнув что-то, покрутил пальцем у виска. Нет, мне так больше не выдержать!

– Кто вы?
– спросила я и посмотрела в зеркало заднего обзора. Но только глянув, я поняла, что сзади меня сидит тот самый Алекс, с которым меня познакомил доктор Рабинович.

– Саша, - сказала я, еле удерживаясь от дрожи, - как вы меня напугали!

– Простите, я не хотел. Просто мне нужно было поговорить с вами наедине, и я ждал здесь, около вашей машины. Мне не хотелось, чтобы ктонибудь увидел бы меня. А когда вы подошли вместе с полицейским, мне не оставалось ничего другого, как открыть дверцу и спрятаться внутри.

– А что, дверь была открыта?
– я была удивлена.

Алекс усмехнулся:

– Открыть - это не проблема. Вот если бы вы уехали, вот тогда было бы гораздо хуже.

Вспомнив, что рассказывал доктор, я поняла, каким образом на старом автовокзале Алекс добывал наркотики - вскрывал автомашины и воровал оттуда ценные приемники и магнитофоны. Но поняв это - я разволновалась еще больше - значит меня вот так просто можно обокрасть, а я и не почувствую.

На свое счастье, впереди показался знак поворота и я, свернув на тихую улочку, остановила машину.

– Сядьте вперед и рассказывайте, - приказала я. Кажется, мне удалось придти в себя - вон какой командный тон прорезался.

– Простите, как к вам обращаться?
– спросил он несмело, усаживаясь на переднее сиденье. Видимо сам был не рад сложившейся ситуации.

– Валерия, - ответила я и посмотрела на него повнимательнее, - можно просто Валерия, без "госпожи". Парень производил приятное впечатление - у него были интересные глаза - ярко-голубые, с огромными зрачками, они смотрели на меня смущенно. Он машинально потеребил свой хвостик на затылке. Кажется, Алекс не знал, с чего начать.

– Скажите, Валерия, вы приехали к нам из-за убийства доктора Зискина? наконец решился он.

– Саша, я могу вас так называть?
– он кивнул и я продолжила, - Это действительно так. Мне нужно было кое-что выяснить.

– Не нужно ничего выяснять, вы уехали оттуда и правильно сделали. И не приезжайте больше - забудьте, что был такой доктор и что вы были там, он говорил таким умоляющим голосом, что мне сделалось нехорошо.

– Послушай, Саша, - я перешла на "ты", так как парень был совсем молодой, лет девятнадцати - двадцати и мне хотелось все-таки докопаться до сути, - я приехала в клинику, не потому, что мне это нравится, или нечем заняться больше (Ой, да что я несу, ведь именно об этом меня предупреждал Михаэль). Поэтому я прошу тебя рассказать, что же тебя так взволновало до такой степени, что ты вспомнил свои старые привычки и залез ко мне в машину. И пожалуйста, если уж ты пошел на такой поступок, то будь мужчиной до конца - расскажи, чего, или кого я должна опасаться.

Повисла пауза. Саша смотрел на меня своими синими глазищами и я даже поежилась, а видит ли он меня? Может быть он витает в каком-то своем мире, а весь этот разговор об опасности - для отвода глаз. Может быть он залез ко мне в машину, чтобы украсть что-нибудь, а я его застала, вот он и выдумывает невесть что.

Подумав немного, Саша сказал:

– Вот и доктора убили, за то, что лез не в свое дело.

– Какого доктора, - не думая спросила я, так как у меня у меня их было двое.

– Как какого?
– непонимающе посмотрел на меня Саша, - Зискина.

– А в какие такие дела он лез?

– В наркотики, - хмуро ответил он, видимо решив все-таки раскрыться.

Теперь не понимала уже я:

– Саша, что значит наркотики? Ведь он именно ими и занимался. Лечил людей от наркотической зависимости. Тебя вылечил.

– Нет!
– закричал он, - меня доктор Игаль спас! Я ему руки целовать должен!

– Ну хорошо, хорошо, успокойся. Игаль так Игаль. Ему, я надеюсь, ничего не грозит?

– Да что вы говорите, Валерия?
– испугался он не на шутку, - я не хочу, чтобы с доктором Рабиновичем случилось то же самое.

– Так расскажи в конце концов, что ты сомневаешься. Нельзя молчать, если какая-то беда грозит хорошим людям.

– Вы знаете, что мы тут все наркоманы, - сказал Саша совсем успокоившись, - и самое трудное для нас - это удержаться, чтобы снова не сесть на иглу. А существуют такие сволочи, - тут его голос напрягся и зазвенел, - что проносят нам наркотик прямо в больницу. Что они только не делают: и в хлеб засовывают ампулы, и в трусах проносят. А наши ребята, у которых силы воли не хватает, клянчат у родственников деньги, вроде бы как на еду, а сами покупают героин. Но вы же видели, как нас тут кормят. Многие даже трети не съедают.