И какого черта еще нужно?

Он купит дом в деревне и доживет спокойно то, что ему осталось. Если ему осталось хоть что-нибудь. И дом лучше сразу оформлять на Марину, чтобы ей потом не хлопотать с правами наследства. Дом будет, конечно же, в Завойском.

Он взялся за телефон, чтобы позвонить нотариусу.

Завещание следовало срочно переписать заново. Глупо было бы оставлять все племяннику. Он, конечно, неплохой парень, но хватит с него и… ну, скажем, десятой части капитала. У Дикулова как-никак еще и дочь есть.

Родная.

Любимая.

– И еще оформите документы на один процент для вас лично, как плату за услуги.

– Щедрый вы человек, Сергей Пафнутьевич, – покачал головой нотариус.

– Ерунда, – усмехнулся господин Дикулов. – Я такой же, как все россияне.

– Вот и я говорю: Россия – щедрая душа.

– Ничего подобного, – возразил Сергей Пафнутьевич. – У России душа не столько щедрая, сколько демонстративная. Все делается только напоказ. Сначала раскидают добро, а потом локти кусают, жалко. Вот и я тоже… напоказ. Только жалеть потом не стану. Пусть все знают, как я люблю свою дочурку.

– А мне говорили, у вас с ней какая-то размолвка вышла, – осторожно сказал нотариус.

– Что за чушь? Это вам кто наплел? Мой юрист? Врет, мерзавец. Просто девочка стала взрослой, и ей, конечно же, хочется самостоятельности. Вот и пускай делает, что в голову взбредет.

К тому же она скоро выйдет замуж за бутафора, мечтающего стать меценатом, весело подумал при этом Сергей Пафнутьевич.

Вот и откроют ребята собственный экспериментальный театр.

И если даже они спустят на свою затею все состояние Дикулова до последней копейки – плевать.

Главное – они получат массу удовольствия.