— Факт, неплохо, — согласился Молодежников. — Только где столько роз раздобыть? Зима…

Это и в самом деле казалось нереальным.

Аня помнила: когда-то в поисках роз для Леонида она обегала все цветочные магазины. А ведь теперь нужны не три штуки! И все — обязательно красные. А времени — в обрез.

И все-таки девушки достали цветы. Они поехали по пригородным оранжереям. В одной как раз вчера распустились крупные алые бутоны. Но заведующая — огромная, суровая женщина — наотрез отказалась срезать их.

— И не просите! — басом отрубила она. — Цветы, считай, уже проданы. Обещаны на свадьбу. Певцу. Знаменитому…

Однако, когда Аня объяснила, зачем им цветы, заведующая сразу смягчилась.

— Подождет знаменитый-то! — подмигнула она и загромыхала: — Фаня! Срезай бутончики! Подчистую!..

…Вечером девушки, встречая на вокзале фронтовиков, каждому прикрепили к полушубку алую розу…

Прошло три месяца.

По широкой гранитной набережной Невы летней ночью медленно шли Леонид и Аня.

Ночь была тихая, теплая, светлая: настоящая белая ночь. Вода в реке, казалось, не движется, мосты и шпили четко прорисовывались на зеленоватом небе.

Аня шла в легком белом платье без рукавов. На плечи ее был накинут пиджак Леонида.

Они уже долго гуляли по Неве. Изредка навстречу им попадались, такие же парочки.

— Тоже студенты, — сказал Леонид.

— Тоже уже не студенты, — поправила Аня.

У ленинградских выпускников давно стало обычаем, окончив школу или институт, проводить ночь на Неве: прощаться с Ленинградом.

Леонид и Аня шли молча. Уже под утро повернули на Петроградскую.

— А я знаю, почему ты ходишь со мной, а не с другой девушкой, — сказала Аня. — Удобно! Провожать не надо!

Они по-прежнему жили в одном доме.

— Вот именно! — подтвердил Леонид.

Снова помолчали.

Аня вспомнила только что кончившийся выпускной вечер.

Провожать их пришли профессора, тренеры, спортсмены. Сколько было шума, торжественных, сбивчивых речей и дружеских трогательных наставлении!

— Друзья! — сказал Гаев. Он сегодня выглядел необычно: худощавое, обветренное лицо его с выпирающими скулами раскраснелось. Обычно спокойный голос звучал взволнованно.

— Завтра поезда унесут вас в разные концы страны. Где бы вы ни были, — помните: вы — командиры физкультурного движения. А командир — всегда пример. С командира — спрос втрое!..

Аня все время танцевала с Леонидом. С одним Леонидом. Больше ей сегодня ни с кем не хотелось быть…

…Леонид тоже идет задумавшись.

Давно уже хочет он сказать Ане много очень важного, но как-то не получается.

— Вот и попрощались с Ленинградом, — говорит Аня. — Впрочем, — грустно улыбается она, — тебе незачем прощаться ни с белыми ночами, ни с Невой: остаешься при институте. Будешь теперь сам учить студентов. И ставить им, бедным, двойки…

— Но ведь и ты уезжаешь недалеко, — говорит Леонид. — До Луги — рукой подать. Увидимся!

— Увидимся, — подтверждает Аня. — А может, и не увидимся! — вдруг озорно рассмеялась она.

Леонид обеспокоен. Эти ее внезапные переходы всегда не нравились ему. Вот характерец! Никогда не угадаешь, что выкинет в следующую минуту!

— Послушай, Ласточка, — решительно заявляет он. — Ты можешь говорить всерьез?

— Я всегда вдумчива и серьезна. Это отметил еще наш школьный химик!..

— Ну, перестань! Обещай отвечать вполне серьезно.

Что-то в его голосе заставляет девушку замедлить шаги, насторожиться.

— Хорошо, — соглашается она.

Леонид волнуется.

— Понимаешь, Ласточка, — говорит он. — Мы сегодня расстаемся…

«Какая оригинальная мысль!» — хочется пошутить девушке, но она сдерживается.

— И неизвестно, когда встретимся, — продолжает Леонид.

Аня молчит.

— Мы ведь с тобой друзья, верно? — спрашивает он.

— Конечно!

Начало не совсем такое, какого она ждала. Но Аня не подает виду.

— Давай поклянемся, — торопливо говорит Леонид. — Что бы с нами ни стряслось, куда бы ни зашвырнула нас судьба, всегда будем друзьями. Навек! Преданными, надежными друзьями!..

— Хорошо, — вяло соглашается Аня.

Нет, не того, совсем не того она ждала!

— Поклянись, — настаивает Леонид.

— Хорошо. Будем друзьями.

— Нет, клянись!

— Клянусь!

Леонид морщится: разговор пошел как-то совсем не так. Вовсе не то он хотел сказать…

Они подходят к своему дому. Заспанный дворник долго гремит цепью, открывая ворота.