Найтхаук приземлился около Томагавка, второго из Трейдтаунов Пурпурного Облака. Они с Рождественским Пастырем вышли из корабля и, миновав длинный ряд голограмм разыскиваемых преступников, на аэробусе добрались до города.

— Я знаю это место. — Рождественский Пастырь указал на небольшой ресторанчик. — Готовят тут преотлично.

— Хорошо, — Найтхаук последовал за Рождественским Пастырем в зал. — От корабельного меню меня уже тошнит.

Рождественский Пастырь нашел подходящий столик, сел.

— Меню нормальное. Беда в том, что все готовится из сои. А здесь подают настоящее мясо — на ферме, что в нескольких сотнях миль к западу, выращивают бычков. Тебе бы посмотреть на них, по шесть тысяч фунтов каждый.

— Что за порода? — спросил Найтхаук.

— Красный бизон. Закажи вырезку. Не пожалеешь.

После того, как у них приняли заказ, Найтхаук повернулся к своему наставнику.

— Где ваш поставщик?

— На этой же улице.

— Вы уверены, что мы его найдем?

— Уверен, но это она.

— Как вы нашли ее в таком захолустье?

— Жизнь столкнула меня с конкурентами, чьи документы отличались более высоким качеством подделки по сравнению с моими, и я спросил, где они их раздобыли.

— Неужели они так легко назвали адрес?

— У меня тогда был партнер. Молодой человек, примерно твоего возраста. — Рождественский Пастырь усмехнулся. — Уцелевший выложил все как на духу.

— Могу представить, как велась беседа, — кивнул Найтхаук.

Принесли еду. Он отрезал маленький кусочек мяса, пожевал, одобрительно кивнул.

— Так или иначе, — продолжал Рождественский Пастырь, — я прилетел сюда, представился, вернув документы покойников, и предложил занять их место, поскольку лишил даму нескольких клиентов. Мы провели плодотворные переговоры и пришли к взаимоприемлемому решению.

— Если она так хороша, зачем вам специалисты того же профиля на Терразане и Антаресе III?

— Отличное мясо, таким я его и помню. — Рождественский Пастырь прожевал кусок, а потом ответил:

— Никогда не знаешь, где тебя накроют и когда понадобится новый комплект документов. Не лететь же за ними через всю галактику. Кстати, в Олигархии вместе с обоими Пограничьями таких мастеров наберется всего десяток.

— Я думал, их больше.

— Было больше.

— А что с ними случилось?

— Повстречались с такими, как ты. Бизнес у них, видишь ли, опасный. К примеру, человек с твоими талантами мог бы обеспечить себе устойчивый заработок, одного за другим убивая тех, кто может качественно подделать документы. Многие этим и занимались.

Трапеза закончилась в молчании.

— Мясо тебя не разочаровало? — спросил Рождественский Пастырь.

— Мясо потрясающее. — Найтхаук вытер рот рукавом. — Если вновь окажусь в этой части галактики, обязательно загляну сюда.

— Вот что я тебе скажу. Перед отлетом мы купим пару десятков замороженных бифштексов из мяса красного бизона и положим их в холодильник.

— Отличная мысль.

— Позволь мне расплатиться. — Рождественский Пастырь прижал большой палец к сканирующей пластине. — У тебя счетов в Олигархии нет, а на поиски счета из Пограничья уйдет масса времени.

Компьютеру потребовалось двадцать секунд, чтобы подтвердить кредитоспособность Рождественского Пастыря и снять надлежащую сумму с его банковского счета на соседней планете.

— Что теперь? — спросил Найтхаук, когда они поднялись из-за стола и направились к двери.

— Теперь я навещу моего снабженца и поторгуюсь, чтобы сбавить цену. Тебе идти не стоит. Она чужаков не любит и может не впустить нас обоих.

— Нет проблем. — Найтхаук огляделся. — Я посижу вон в том баре.

— Отлично, — кивнул Рождественский Пастырь. — Встретимся через двадцать минут.

Найтхаук не спеша зашагал к таверне. В тускло освещенном зале сидели люди и инопланетяне. Он нашел пустой столик, сел.

Раскурил короткую тонкую сигару, огляделся. Убого, даже по стандартам Пограничья, не говоря уже об Олигархии. Мебель из местного дерева, не плавает в воздухе, не принимает формы тела, обычная деревяшка. Лампы стационарные, не двигаются, не поднимаются, не опускаются, не меняют яркости. И стойка из дерева, да еще плохо отполированного, никакого блеска. Отсутствовал и современный компьютер. Маленький трехногий инопланетянин, уроженец Молетоя II, ходил от столика к столику, принимая заказы, разнося полные стаканы, а человек-бармен с застывшей на лице скукой смешивал напитки и вел расчеты.