В понедельник утром Рипли поехал в банк и положил на редко используемый счет фирмы 60 тысяч долларов. Затем вернулся в свою контору и набрал ванкуверский номер "Логикон инкорпорейтед". В трубке раздался голос Сары Пирт, секретарши управляющего по Западному региону.

– Привет!
– жизнерадостно начал Рипли.
– Это Хэнк.

– Какой Хэнк?

– Хэнк Рипли! ИзЛетбриджа. Ты что, меня забыла?

– Я не была уверена, что ты еще у нас работаешь.

– Как всегда остроумно, Сара... Старик у себя?

– Ты хочешь беспокоить его в понедельник утром?

– Я не собираюсь беспокоить его. Мне надо лишь узнать, можно ли в срочном порядке получить "Логикон-30".

– Ты имеешь в виду, что продал компьютер?!
– В голосе Сары звучало такое изумление, что Хэнк подергал телефонный шнур.

– Разумеется. Разве ты не читала мой последний отчет? Я отправил его в пятницу вечером.

– Фантастикой не увлекаюсь.

Прежде чем Рипли успел парировать выпад, в трубке раздался голос Бойда Деврикса.

– Рад вас слышать, Хэнк. Иногда мне кажется, что вы совсем о нас забыли.

У Рипли похолодело в груди от этого угрожающего приветствия.

– Доброе утро, Бойд. Я заключил сделку на "Логикон-30". Оплата наличными, - торопливо сказал он.

– Наличными?
– немного помолчав, переспросил Деврикс.

– Да. Я уже отнес деньги в банк.

– Что ж, это великолепно, мой мальчик, просто великолепно. Я не зря защищал вас перед руководством.

– Спасибо, Бойд, - выдавил Рипли, восхищаясь Деврикса превращать похлопывание по плечу в прием каратэ.

– Кто клиент? Что-то не припоминаю...

– Мервнд Парр. Я сообщал о нем в последнем отчете. Вообще-то, я бился с ним несколько недель...

Обильно потея от творческого напряжения, Рипли пустился в описания увлекающегося высшей математикой чудаковатого нефтяного магната, которого он заинтересовал покупкой компьютера на одной вечеринке для узкого круга избранных.

– Хэнк, мальчик мой, это превосходно, - наконец сказал Деврикс.
– Знаете, что я собираюсь сделать?

– Э... нет. Не знаю, Бойд.

– Я позабочусь, чтобы вы получили признание. Джулиан Роксби, наш спец по рекламе, ищет героя для очерка. Вот пусть и пошлет репортера с фотографом и хорошенько осветит эту оригинальную сделку. Вы с Парром вместе; "Логикон-30" в кабинете эксцентричного магната...

– Ни в коем случае!
– отчаянно взмолился Рипли.
– Простите, Бойд. Мистер Парр чурается огласки. Этакий отшельник... Он даже доставку хочет взять на себя, чтобы никто не проследил, куда идет машина.

– А вы уверены, что его хобби - математика?
– подозрительно спросил Деврикс.

– Не представляю, в чем таком аморальном можно заподозрить нашу "тридцатку"!
– захохотал Рипли и тут же вспомнил - слишком поздно, - что шеф в душе пуританин.

– Я хочу, чтобы вы поговорили со своим знакомым, - холодно отчеканил Деврикс, - и добились его согласия на всестороннее освещение сделки. Ясно?

Когда Рипли повесил трубку, ему казалось, что позади изнурительный рабочий день. А утро едва началось.

Компьютер привезли в среду. Незадолго до обеденного перерыва дверь распахнулась и в контору вошел Парр. При виде ящика, в котором находилась машина, он удовлетворенно улыбнулся, обнажив желтоватые зубы.

– Доброе утро, - сердечно приветствовал его Рипли.
– Вот он перед вами самый лучший компьютер в мире.

– Поздновато задумали рекламировать, - отрезал Парр. От былого дружелюбия не осталось и следа.
– Помогите мне снести его к грузовику.

– Конечно. Только одна маленькая деталь...

– Ну?
– нетерпеливо сказал Парр.

– Относительно огласки. Мы придерживаемся твердого правила...

– Деньги верните наличными.

– В сущности, правило не такое твердое... Просто я счел обязанностью. Хэнк вспотел.

– Помогите мне снести ящик к грузовику, - повторил Парр тем же тоном, что и раньше, подчеркивая свое презрение.

Рипли решил, что выполнил долг перед фирмой. Они уложили ящик в голубой "додж" с надписью "Рокэлта. Грузовые перевозки". Не говоря ни слова, Парр расписался в квитанции.

– Приятно было иметь с вами дело, - сказал Хэнк, но его сарказм остался незамеченным.

На пороге он обернулся - Парр сидел за рулем и словно навинчивал что-то одной рукой на другую. Грузовик уже скрылся в потоке машин, когда Рипли понял, что его клиент надевал кольцо.