В ракете было сухо и уютно. Путешественники с удовольствием сняли скафандры и улеглись в мягких креслах, легко превратившихся в постели.

«Утром» - по земным часам, измерявшим время в ракете, - после завтрака пришло время решать, кому идти в патруль.

Нгарроба так волновался, что на него жалко было смотреть.

– Ваш темперамент, - заметил Гарги, - какой-то пережиток прошлого.

– А я думаю, - быстро возразил африканский ученый, - что и через тысячу лет люди будут волноваться. Иначе не стоит жить. Я не верю в бесстрастных людей.

– Вы, Гарги, тоже нервничаете, - заметил Карбышев.

– Ну, а спокойствие Сун Лина - обыкновенная выдержка, - возразил индиец.
– Кто же не волнуется? Вы?

– Я первый раз встречаюсь с разумными существами на другой планете, - парировал Карбышев.
– Простительно и поволноваться. Итак, кто наберет больше очков, тот идет в патруль. Я начинаю.

Он вынул пожелтевший кубик, игральную кость времен древнего Рима - музейную вещицу, которую ему дала на память дочь.

– Четыре, - объявил Сун Лин, глядя на подкатившуюся к нему кость.

Нгарроба долго тряс кубик в ладони, наконец бросил на гладкий стол.

– Пять!
– закричал он.
– Пять!

Китаец кинул кость. Вышла тройка.

– Ну что ж, - протянул руку Гарги, - у меня все же два шанса из трех. По крайней мере так говорит теория вероятности. Эх!…

– Двойка, - спокойно констатировал Сун Лин.
– Теория вероятности оправдывается лишь при большом числе бросаний.

– Инструкции?
– покорно спросил Гарги.

– Не отходите от ракеты дальше десяти шагов.

– Не украдут же ее!

– Ее - нет. А вас могут. При малейшем подозрительном явлении скрываетесь в ракете и ведете наблюдение. Локатор вышел из строя, так что придется пользоваться иллюминатором. Наша посадка, честно говоря, была не слишком блестящей. Время работы патруля - двадцать четыре часа. Если мы не вернемся, ракету не покидайте. Ждете еще двенадцать часов. Будьте тогда особенно осторожны. Еще через двенадцать часов стартуете на Землю.

В течение нескольких часов участники экспедиции готовили ракету к старту. Нгарроба включал и выключал домкраты, управляющие «ногами», пока ракета не приняла наклонное положение. Гарги работал с вычислительной машиной, Сун Лин задавал программу управляющему устройству.

– Кнопку нажмете по этим часам, - сказал он.
– Включите за пять минут. Старт будет автоматический. Так надежнее. Ничего не трогайте, пока не станут поступать сигналы с Земли. Это будет только на третьи сутки. Тогда начнете передавать сообщения на Землю. Раньше радиосвязи все равно не будет: мешает Солнце и…

– Я знаю…

– Я обязан проинструктировать. Нажмете эту кнопку - и все, что я сказал, будет повторено сколько угодно раз.

– И это знаю.

– Ну и отлично! Желаю спокойного дежурства!

– Начало работы патруля - через полчаса, - предупредил Карбышев, взглянув на часы в стене.Надеть скафандры!

По одному участники экспедиции проходили в тамбур, надевали скафандры и через люк по выдвижному трапу выбирались наружу.

– Сверим часы, - предложил Карбышев, - по стартовым.

– В путь!

Короткое рукопожатие, и три фигуры в скафандрах зашлепали по грязи. Четвертая осталась у задранного вверх туловища ракеты.

– Небесные коу, небесные коу!
– кричал Лоо, подбегая к Большим Пещерам.
– Небесные коу спустились рядом с Большой Водой!

Но тут он увидел, что все молчат и со страхом смотрят на старого Хц. Племя было в сборе. Только двое-трое повернули головы в сторону кричавшего Лоо, но затем снова обратили лица к вождю. Потрясая руками, он говорил:

– Это были двуногие! С круглыми головами и кожей гладкой, как у кулу. Небольшой, слабый народ, только один был настоящего роста, и то меньше многих из нашего племени.

Хц показал, какого роста были круглоголовые. Он поднял с земли круглый зеленый плод тагу и объяснил, что такая голова была у странных существ. Вряд ли они могут хорошо плавать. Ноги у них с маленькими, совсем маленькими ступнями, прямые и толстые, как бревна.

Хц дал понять собравшимся, что существа, которых он видел, стоят на очень низкой ступени развития, гораздо ниже, чем двуногие из стада Хо, которые не умеют делать «летающих жал» и не могут поэтому охотиться на кулу, а живут тем, что собирают в лесу.

– Они плохо ходят, - сказал Хц.

Он видел, как они падали на ровном месте. Они даже (в голосе Хц послышалось глубочайшее презрение) становятся на четвереньки и ползают так, словно не двуногие. Он сам видел. Но все-таки это, пожалуй, двуногие, только очень дикие. Они стащили «летающее жало», выдернув его из туловища кулу.