Ты — какая-то бесконечно малая частица чего-то, и ты был бы ничто, если бы у тебя не было определенного призвания — дела. Это только дает смысл и значение твоей жизни. Дело же твое в том, чтобы использовать данные тебе, как и всему существующему, орудия: истратить на исполнение предписанного свое тело. И потому все дела равны, и ты не можешь сделать ничего больше того, что тебе задано. Ты можешь быть только супротивником Бога или исполнителем Его дела. Так что ничего важного, великого человек не может себе приписывать. Только стоит приписать себе какое-нибудь великое, исключительное дело, и нет конца разочарованиям борьбы, зависти, всяким страданиям; только приписал себе значение больше растения, приносящего плоды, и ты погиб. Спокойствие, свобода, радость жизни, бесстрашие смерти даются только тому, кто признает себя в этой жизни не чем иным, как только работником Хозяина.

Быть не известным людям или не понимаемым ими и не печалиться об этом — в этом свойство истинно добродетельного, любящего других людей, человека.

Китайская мудрость

Как вода не держится на вершинах, так и доброта и мудрость не бывают у гордых. И то и другое ищут низкого места.

Персидская мудрость

Добрый человек — это тот, кто помнит свои грехи и забывает свое добро, а злой — наоборот, это тот, кто помнит свое добро и забывает свои грехи.

Не прощай себе, и тогда легко будешь прощать другим.

Доброго и умного человека можно узнать потому, что такой человек считает других людей и лучше и умнее себя.

Люди самые приятные — это праведники, которые считают себя грешниками. А самые неприятные — это грешники, которые считают себя праведниками.

Паскаль

Как трудно любить, жалеть людей самоуверенных, гордых, хвастливых! Уж поэтому видно, как не только хорошо, но выгодно смирение. Оно сильнее всего другого вызывает самое драгоценное в жизни: любовь людей.

Смиренных людей все любят. Мы все желаем быть любимыми, так как же не стараться быть смиренными?

Для того, чтобы люди могли хорошо жить, надо, чтобы был мир между ними. А там, где каждый хочет быть выше других, не может быть мира. Чем смиреннее люди, тем легче им жить мирной жизнью.

Нет ничего сильнее смиренного человека, потому что смиренный человек, отказываясь от себя, дает место Богу.

Прекрасны слова молитвы: «Приди и вселися в ны». В этих словах все. Человек имеет все, что ему нужно, если Бог вселится в него. Для того же, чтобы Бог вселился в человека, делать нужно только одно: умолить себя, чтобы дать место Богу. Как только человек умалит себя, Бог тотчас же вселяется в него. И потому для того, чтобы иметь все, что ему нужно, человеку надо прежде всего смириться.

Чем глубже спускается человек в самого себя и чем ничтожнее он представляется себе, тем выше он поднимается к Богу.

Браминская мудрость

Тот, кто обожает высшего, у того гордость исчезает из сердца так же, как свет костра при свете солнца. Тот, чье сердце чисто и в ком нет гордости, кто кроток, постоянен и прост, кто смотрит на всякое существо, как на своего друга, и любит каждую душу, как свою, кто одинаково обращается с каждым с нежностью и любовью, кто желает творить добро и оставил тщеславие, — в сердце того человека живет владыка жизни.

Как земля украшается прекрасными растениями, которые она производит, так же украшается и тот, в душе которого живет владыка жизни.

Вишну Пурана

Истинное смирение трудно. Сердце наше возмущается при одной мысли о презрении, об унижении; мы стараемся скрыть все, что может унизить нас в глазах других, мы стараемся скрыть это от самих себя; если мы дурны, мы не хотим видеть себя такими, каковы мы на самом деле. Но как ни трудно истинное смирение, оно возможно. Будем стараться избавиться от всего того, что мешает нам.

Из «Благочестивых мыслей»

Те самые недостатки, которые в других тяжелы и несносны, в нас самих точно ничего и не весят: их не чувствуешь. Часто бывает то, что люди, говоря о других и жестоко осуждая их, не замечают того, что они описывают самих себя.

Ничто быстрее не исправляло бы нас от наших недостатков, как если бы мы были в силах видеть в других самих себя. Увидав ясно на других наши недостатки, мы возненавидели бы недостатки наши, как они и стоят.