Шрифт:
Несмотря на все это, Иов твердо верил в Бога и был уверен в своей непорочности, хотя порой и казалось, что он забыт небом и землей. В мучительном смятении он приговаривал:
«Опротивела душе моей жизнь моя».
«О, если бы Ты в преисподней сокрыл меня,
и укрывал меня, пока пройдет гнев Твой,
положил мне срок, и потом вспомнил обо мне!»
(Иов 10:1; 14:13)
«Вот, я кричу: «обида!» и никто не слушает;
вопию, и нет суда…
Совлек с меня славу мою,
и снял венец с головы моей…
Покинули меня близкие мои,
и знакомые мои забыли меня…
и те, которых я любил, обратились против меня…
Помилуйте меня, помилуйте меня вы, друзья мои;
ибо рука Божия коснулась меня».
«О, если бы я знал, где найти Его,
и мог подойти к престолу Его!..
Но вот, я иду вперед, и нет Его,
назад — и не нахожу Его;
Делает ли Он что на левой стороне, я не вижу;
скрывается ли на правой, не усматриваю.
Но Он знает путь мой; пусть испытает меня, — выйду, как золото».
«Вот, Он убивает меня; но я буду надеяться».
«А я знаю. Искупитель мой жив,
и Он в последний день восставит из праха
распадающуюся кожу мою сию; и я во плоти моей узрю Бога.
Я узрю Его сам; мои глаза, не глаза другого, увидят Его».
(Иов 19:7-21; 23:3-10; 13:15; 19:25-27)
По вере Иова, так и случилось с ним: «Пусть испытает меня, — сказал он, — выйду, как золото» (Иов 23:10). Итак, испытание наступило. В терпении и неугасимой надежде выявился характер Иова, а таким образом, и характер Того, чьим представителем он был. «И возвратил Господь потерю Иова… и дал Господь Иову вдвое больше того, что он имел прежде… И благословил Бог последние дни Иова более, нежели прежние» (Иов 42:10-12).
Среди тех, кто уподобился Христу своим самоотречением, стоят имена Ионафана из Ветхого Завета и Иоанна Крестителя из Нового Завета.
Ионафан, наследник престола по рождению, отказался от царства по Божественному повелению. Он был самым нежным и верным другом своему сопернику. Оберегая жизнь Давида, он подвергал опасности свою собственную жизнь. Ионафан остался верным отцу, несмотря на крушение надежд и мрачные времена заката его власти. Личность Ионафана высоко ценится на небесах, а на земле свидетельствует о существовании бескорыстной любви и ее силе.
Иоанн Креститель явился как предвестник Мессии. Всюду за ним следовали огромные толпы народа разных сословий и каст. Но пришел Тот, о Котором он возвещал, и все изменилось. Толпы последовали за Христом, и внимание к проповедям Иоанна, казалось, быстро угасло. И все же вера его была непоколебимой. «Ему должно расти, — сказал он, — а мне умаляться» (Ин. 3:30).
Шло время, а царство Христа, в наступление которого Иоанн твердо верил, не наступало. Находясь в темнице Ирода, оторванный от живительного воздуха и свободы пустыни, он продолжал томительно ждать.
Там, на свободе, не грозили оружием, там не гремели тюремные засовы. Там исцеляли больных, проповедовали Евангелие, там духовно возрождались человеческие души, — все свидетельствовало о миссии Христа.
Один, в темнице, потому что он последовал по пути своего Учителя, Иоанн принял истину: жертвовать собой ради общения со Христом. Ангелы небесные поддерживали его до самой могилы. Все разумные существа Вселенной, падшие и не падшие, были свидетелями его бескорыстного служения.
И во всех последующих поколениях обреченные и страдающие души находили поддержку в жизненном подвиге Иоанна. В темницах, на эшафоте, на кострах — в мрачные столетия средневековья — верных детей Божьих подкрепляла память о том, о ком Иисус сказал: «Из рожденных женами не восставал больший Иоанна Крестителя» (Мф. 11:11).
«И что еще скажу? Недостанет мне времени, чтобы повествовать о Гедеоне, о Бараке, о Самсоне и Иеффае, о Давиде, Самуиле и (других) пророках, которые верою побеждали царства, творили правду, получали обетования, заграждали уста львов, угашали силу огня, избегали острия меча, укреплялись от немощи, были крепки на войне, прогоняли полки чужих; жены получали умерших своих воскресшими; иные же замучены были, не принявши освобождения, дабы получить лучшее воскресение; другие испытали поругания и побои, а также узы и темницу. Были побиваемы камнями, перепиливаемы, подвергаемы пытке, умирали от меча, скитались в милотях и козьих кожах, терпя недостатки, скорби, озлобления; те, которых весь мир не был достоин, скитались по пустыням и горам, по пещерам и ущельям земли. И все сии, свидетельствованные в вере, не получили обещанного, потому что Бог предусмотрел о нас нечто лучшее, дабы они не без нас достигли совершенства» (Евр. 11:32-40).
Поэзия и песня
«Уставы Твои были песнями моими на месте странствовании моих».
Самые древние и самые возвышенные поэтические строки, известные человеку, записаны на страницах Священного Писания. Но еще до того, как стали известны древнейшие поэты мира, мадиамский пастух записал обращенные к Иову слова Бога, которые по своему величию и поныне недосягаемы в сравнении с самыми выдающимися произведениями человеческого гения:
«Где был ты, когда Я полагал основания земли?..