— Ваше Величество, — возмутился Калами, — что все это значит?

Но его слова потонули в десятках других голосов:

— Это она!..

— Неужели это правда?..

Какая-то женщина подхватила на руки ребенка и указала ему на Бриджит.:

— Видишь? Она пришла к нам в час нужды, как и было предсказано.

Теперь эти люди в ее власти. Теперь их связывают ложь и правда, тесно сплетенные вместе.

— На лице Аваназия печаль. Он приближается. Он говорит… О, ну почему я не слышу?!

Бриджит открыла пошире глаза и уставилась в одну точку, словно увидела призрака за спиной Калами. Кто бы мог подумать, что придет день и она будет благодарить небеса за представление тети Грэйс, увиденное в юности! Бриджит спустилась по ступеням помоста и встала лицом к Калами.

«Ты ведь обожаешь обман и ловушки, — подумала она, глядя в его глаза. — Как тебе нравятся мои?»

— Ваше Величество… — начал Калами тихим голосом, в котором звучала угроза. Но глаза его выдавали страх.

«Прости меня, папочка».

— Почему мой отец так долго стоит возле вас, лорд-чародей? Что он такое говорит, чего я не могу услышать?

Шуршание тяжелой ткани о ковер отвлекло внимание Бриджит. Это наконец-то решила действовать Ананда. Молодая императрица медленно спустилась с помоста, толпа с поклонами расступилась перед ней, и зал наполнился шорохом платьев и шепотом голосов.

— Лорд-чародей! — В голосе молодой императрицы звенела едва сдерживаемая ярость. — Вы знали о заговоре против императора?

Калами открыл было рот, но ему не пришлось отвечать. Двери с шумом распахнулись, и в зал вошел капитан Чадек со своими солдатами. В окружении стражников с секирами, спотыкаясь, брели три человека из видения Бриджит. Капитан держал в руках полотняный сверток, и Бриджит обратила внимание, что его кисти затянуты в перчатки.

Чадек преклонил колени перед помостом:

— Ваше Императорское Величество! — Он положил сверток на пол. — Мы обнаружили этих людей в спальне императора. Они стелили эти простыни на кровать императора. Вот это, — он указал на почти лысого пожилого человека, — Финон, слуга лорда-чародея.

Императрица Ананда, не медля ни секунды, подошла к скомканным простыням, двумя пальцами взялась за краешек ткани и тут же отбросила, словно обжегшись. Прекрасная игра, подумала Бриджит, но в конце концов у императрицы было столько времени для совершенствования своих актерских способностей…

— Это яд, — объявила Ананда, отступая на шаг назад. — Все так, как сказала дочь Аваназия. Простыни отравлены.

Она выпрямилась во весь рост, и казалось, что даже ее корона излучает гнев.

— Изменник! — Она направила указующий перст на Калами. — Ты предал свою родину!

Толпа придворных надвинулась на чародея, словно собираясь расправиться с ним тут же, без суда и следствия.

— Стойте! — закричала императрица Медеан. — Остановите их!

Солдаты под предводительством капитана Чадека ринулись к толпе и древками секир оттеснили ее от Калами и троих отравителей.

Императрица спустилась по ступеням. Она так гордо прошествовала к вороху отравленной ткани, что казалось, будто ее ноги скользят над полом. Грудь Калами тяжело вздымалась от переполнявших его чувств. Двое отравителей упали на колени. Но старик, названный Финоном, остался стоять — так же как и Калами.

Императрица наклонилась близко-близко к ткани, словно силилась разглядеть узор, взяла в руки краешек полотна и провела по нему затянутыми в перчатку пальцами. Теперь все зависит от того, что скажет Медеан. Если блеф Бриджит не будет подтвержден — она пропала.

Внимание окружающих было приковано к императрице, исследующей простыни, и Бриджит решилась. Сакра был совсем рядом. Правым глазом Бриджит видела Хранителя святилища, старого и бородатого. А левым — самого Сакру, смуглого, крепкого и такого необходимого.

— Это вороны принесли тебя сюда? — прошептала Бриджит, придвигаясь ближе и делая вид, будто выбирает место, откуда будет удобнее наблюдать за манипуляциями императрицы.

Бриджит услышала, как изменился ритм дыхания Сакры, хотя сам он не шелохнулся. Теперь он понял, что она его узнала.

Императрица подняла голову:

— Они отравлены. — Простыни снова упали на пол, когда она повернулась и в упор взглянула на Калами. — Стража, уведите этих тварей. Лорд-чародей, поскольку один из предателей — ваш слуга, я вынуждена буду подвергнуть вас допросу.