– В музыке диминуэндо, - неожиданно для себя брякнул трубач.
– Затихая, значит.

Борис Вадимович посмотрел на него с интересом. Достал блокнот и записал.

– Спасибо, - он улыбнулся.
– А фотографию сына вы нам пришлите.

– Как приеду - тут же!

Дверь распахнулась, в нее влетел фотограф. В одной руке он держал толстую тетрадь, в другой - конверт.

– Письмо из Академии наук!
– закричал он.

– Тише, - осадил инженер. Отобрал партитуру и торжественно передал Василию Степановичу. Затем прочитал надпись на конверте и вскрыл его.

Миша нетерпеливо переминался, пытаясь заглянуть в письмо.

Ставрогин по диагонали ознакомился с текстом, усмехнулся и прочел вслух:

"Присланная Вами работа П.И.Чайковского открывает новую страницу в развитии математических наук. Как Вы пишете, ученый безвременно ушел от нас. Просим сообщить все, что известно Вам о личности и биографии выдающегося математика. Сохранились ли другие его рукописи?" И так далее.

– Это какой Чайковский?
– прошептал музыкант.

– Петр Ильич. Я перевел в вычисления его симфонию.

Молодой человек, подпрыгивавший от радости, бросился было обнимать инженера, однако не решился и на полдороге изменил направление, заключив в объятия приезжего. Василий Степанович высвободился, деревянно открыл дверь и тихо покинул студию.

Совсем обеспамятев, он добрел по коридору до выхода, спустился по ступеням на улицу...

Мимо пробегал паренек в форме профтехучилища. Артист вышел из оцепенения и схватил прохожего за рукав.

– Извини, - сказал он.
– Где тут у вас магазин "Спорттовары"? Хочу сынишке шахматы купить... Пусть составляет задачи.