Ли была достаточно умна, чтобы понимать, что ничто не удержит брата от возвращения в Йоркшир и он будет до глубины души оскорблен, если она не поддержит его план.

Решение Фредди определило ее судьбу. Но было ли это к лучшему? Какое будущее ее там ждет? Провести остаток жизни, тоскуя по человеку, который желал ее тела, но считал ее ниже себя? Адские муки и то были бы лучше.

– Ты прав. Мы не можем жить здесь вечно на чужой счет, – сказала Ли, отбрасывая прочь видение пустоты, ждущей ее в Йоркшире. – Теперь я неплохо зарабатываю, хотя и благодаря Николасу. И я достаточно набралась опыта, чтобы и в Йоркшире найти работу получше, чем в библиотеке. Да, сейчас самое время вернуться домой.

Домой. Это слово уже не звучало для нее так, как в то время, когда она только что покинула родной дом. Тогда оно воплощало все, что она знала о мире, все ее маленькие радости и разочарования, все воспоминания, связанные с дедушкой. Все это осталось, но и теперь в глубине души она чувствовала, будто вся ее будущность и жизненная сила останутся здесь, в Лондоне.

– Ты на самом деле не возражаешь против переезда сэра Джона? – спросил Фредди, вставая. Она решительно толкнула его назад в кресло.

– Я же сказала тебе. Это уже решено. Когда вы решили уезжать?

– Мы наметили это на ближайшие выходные, но все зависит от тебя.

– Меня это вполне устраивает. А сейчас я поднимусь наверх и приму ванну. Фредди, солнышко, я знаю, что мы давно не общались, но, может быть, мы побудем вместе на следующей неделе? Возьмем от последней недели пребывания в Лондоне все самое приятное, а затем вернемся домой.

Странная вещь, подумала Ли, взглянув на брата. Стоило ей поднять на него глаза, как мальчишеские черты его лица волшебным образом преображались в четкие черты Николаев… Тряхнув головой, она быстро вышла из комнаты.

Следующие полчаса она провела, блаженствуя в ванне и пытаясь убедить себя, что покинуть Лондон – это именно то, что ей необходимо. Подняв намыленную руку, она начала загибать пальцы, подсчитывая причины, по которым это следует сделать.

Во-первых, в Йоркшире она избавится от общества леди Джессики. Освободится от досадного чувства ревности, которое вспыхивает в ней всякий раз в присутствии этой женщины. Во-вторых, воздух у них на севере гораздо чище, и к тому же она сможет куда угодно добраться на велосипеде, вместо того чтобы давиться в метро. В-третьих, сэр Джон вернет Фредди то равновесие, которого тот лишился, когда умер дедушка. У него теперь не будет проблем. Пусть ее собственная жизнь кончена, но уж будущее брата обеспечено.

И конечно, самое главное, она будет свободна от Николаев. Не придется больше ежедневно сталкиваться с ним. Не придется все время сопротивляться его притягательности, физической и интеллектуальной, а потом дни и ночи терзаться, что все это было лишь обманом и игрой.

Нет. В Йоркшире их будет только трое: она, брат и сэр Джон.

Чудная перспективка, мрачно усмехнулась она, заворачиваясь в большое пушистое полотенце. Но, взяв себя в руки, нахмурилась и решила, что станет намного счастливее, если все пойдет по намеченному плану.

Ли была так занята своими мыслями, что, выйдя из ванной, не заметила Николаев, удобно устроившегося на стуле в углу комнаты. Она уже собиралась отбросить в сторону полотенце, когда взгляд поймал его отражение в зеркале, и она обернулась, словно пораженная электрическим током.

– Какого черта ты здесь делаешь? Голос ее дрожал, и она обхватила на себе полотенце, завернувшись в него поплотнее. Николас улыбнулся уголками губ.

– Жду тебя.

– Зачем? – импульсивно вскрикнула она, а затем продолжила, не давая ему возможности ответить. – Неужели не мог бы ждать меня где-нибудь в другом месте?

– Извини, – ответил Николас, скрестив руки на груди в позе человека, который расположился здесь на неопределенно долгое время, – дверь была не заперта.

– Это не оправдание, – недовольным голосом возразила она. – Банки тоже открыты весь день, но это не означает, что ты можешь зайти в один из них подремать, если это взбредет тебе в голову!

– Странная метафора, – спокойно произнес Николас, и ей показалось, что он, хотя и был несколько неуверен в себе, когда она вышла из ванной, теперь, как обычно, полностью овладел собой. Вспыхнувший гнев поставил ее в уязвимое положение, а отсутствие одежды только помогло этому.

– Ничего не странная, – процедила она, пытаясь изобразить подобное же спокойствие. – А кроме того, почему ты вернулся так скоро?

– Что ты имеешь в виду?

– Я думала, что ты отвозишь леди Джессику.

– Уже отвез.

Он окинул ее внимательным взглядом, и она мгновенно раскаялась, что проявила хоть немного любопытства. Она ведь предполагала, что между ним и Джессикой произойдет бурное примирение, и они проспят вместе остаток дня. Он правильно угадал ее мысли.

Она вся кипела от ревности, как глупая шестнадцатилетняя девчонка, у которой лучшая подруга отбила парня, – и он знал это.