Джек промок, как губка, но был свободен! Он вскочил на ноги в тот момент, когда на крыльце раздались тяжелые шаги. Дверь была не заперта, и через считанные мгновения «Черные короли» будут здесь. Они несомненно слышали грохот упавшей раковины.

Не теряя времени на поиски пистолета, Джек кинулся к запасному выходу. Через секунду он оказался на улице, скатившись по лестнице в высокую мокрую траву. Со всей возможной быстротой — насколько позволяли скованные руки — Степлтон, пригибаясь, бросился прочь от дома. Впереди виднелся пруд, который Джек ночью принял за поле. Слева от пруда, в какой-нибудь сотне футов от дома, стоял коровник. Сейчас это единственное возможное укрытие. Лес был плохим убежищем — среди голых деревьев невозможно надежно спрятаться.

С сильно бьющимся сердцем Джек добежал до дверей коровника. Слава Богу, они оказались открытыми. Вбежав в помещение, он прикрыл за собой створки ворот.

В коровнике было темно, сыро и неуютно. Слабый свет проникал сквозь крохотное, обращенное на запад оконце. В полутьме виднелись ржавые обломки маленького трактора.

В отчаянии Джек оглянулся в поисках укрытия. Глаза постепенно начинали привыкать к темноте. Заглянув в несколько стойл, он убедился, что в них невозможно спрятаться. Вверху был сеновал, но сейчас он был пуст.

В надежде отыскать вход в погреб, Джек осмотрел дощатый пол. Тщетно! В задней части коровника оказалось маленькое помещение, где хранился садовый инструментарий, но там тоже негде было спрятаться. Джек собрался было сдаться, но в этот момент обнаружил небольшой ящик, похожий по очертаниям на гроб. Степлтон подбежал к нему и откинул державшуюся на скрипучих петлях крышку. Внутри лежали неприятно пахнувшие мешки с удобрениями.

Кровь застыла у Джека в жилах — с улицы донесся голос:

— Все сюда! В траве следы!

Другого выбора не было, Джек откинул крышку, выбросил на пол мешки с удобрениями, забрался внутрь и закрыл ящик.

Несмотря на страх и холод, Степлтон вспотел, дыхание вырывалось из груди хриплыми толчками. Он постарался успокоиться. Чтобы уцелеть, надо затаиться.

Прошло совсем немного времени — дверь в коровник отворилась, и раздались приглушенные крышкой голоса, по дощатому полу загремели тяжелые мужские шаги. Люди с грохотом переворачивали какие-то предметы и громко ругались. Новый треск.

— Ты взвел пушку? — спросил грубый голос.

— Что я, по-твоему, дурак? Конечно, взвел.

Кто-то рывком откинул крышку убежища Степлтона.

Все произошло так быстро, что Джек не успел даже испугаться. Он сдавленно вскрикнул. Чернокожий мужчина сделал то же самое и с треском захлопнул крышку.

Затем крышка вновь открылась. В руке у мужчины теперь был пистолет.

Джек и чернокожий снова посмотрели друг на друга, затем негр, обернувшись к приятелям, крикнул:

— Да, это точно док. Он здесь, в ящике.

Джек боялся пошевелиться, слыша приближающиеся шаги и готовясь увидеть издевательскую ухмылку Твина. Но все произошло совсем не так, как он ожидал. Открыв глаза, Джек увидел Уоррена собственной персоной!

— Ну и вид у тебя, док, — произнес Уоррен. — Похоже, ты в одиночку ломал всю вьетнамскую войну.

Джек с трудом проглотил слюну. Скосив глаза на другого мужчину, он узнал одного из завсегдатаев баскетбольной площадки. В растерянности он снова посмотрел на Уоррена. Нет, так не бывает, это галлюцинация!

— Вылезай, док, — продолжал Уоррен, протянув Джеку руку. — Давай-ка мы вытащим тебя отсюда и посмотрим, в таком ли ты порядке, как твое лицо.

С помощью гиганта Джек встал на ноги и выбрался из ящика.

— Да, все остальное как будто бы ничего, — одобрительно проговорил Уоррен. — Но пахнешь ты неважно. Да, надо бы снять с тебя эти наручники.

— Как вы сюда попали? — спросил Джек, обретя наконец способность говорить.

— Приехали на машине, — рассмеялся Уоррен. — А ты как думал — на метро?

— Я ждал, что приедут «Черные короли», — признался Джек. — Один парень по имени Твин.

— Должен тебя разочаровать, док, — ответил Уоррен. — Он доверил тебя мне.

— Ничего не понимаю, — произнес Джек.

— Твин и я заключили договор, — начал рассказывать Уоррен. — Мы договорились о перемирии — братья больше не будут стрелять в братьев. Частью этой сделки стал уговор, что они не будут тебя мочить. Так что Твин позвонил мне и сказал, что если я хочу спасти твою задницу, то мне надо оторвать от стула мою и дуть прямиком сюда. Вот мы и приехали — можешь считать нас королевской конницей.