— Абсолютно во всех, — ответил Джек. — Широкой публике это не известно, но от пяти до десяти процентов госпитализированных больных именно в госпитале заражаются той или иной инфекцией.

— Боже мой! — воскликнула Тереза. — Я и не знала, что это столь распространенное явление.

— Это действительно повсеместное явление, — поддержал друга Чет. — Нозокомиальная инфекция бывает во всех госпиталях — от высоколобых академических учреждений до захолустных больничек. Хуже того, подхватить госпитальную инфекцию неприятно вдвойне, потому что ее возбудители, как правило, устойчивы к антибиотикам.

— Как это здорово! — цинично произнесла Тереза. — А различаются ли госпитали по уровню пораженности инфекцией? — спросила она, немного подумав.

— Конечно, — ответил Чет.

— А эти уровни известны?

— И да и нет, — ответил Макговерн. — Все госпитали должны сдавать отчеты по госпитальной инфекции в Объединенную комиссию по лицензированию, и это делается. Правда, данные не публикуются в открытой печати.

— Но это же кукольная комедия! — возмутилась Тереза, незаметно подмигнув Колин.

— Если процент больных, зараженных нозокомиальной инфекцией, превысит определенный уровень, то госпиталь теряет лицензию, — успокоил дам Чет. — Так что не все еще потеряно.

— Но это нечестно по отношению к общественности, — возразила Тереза. — Без доступа к официальной информации люди не могут принять осознанного решения, какому госпиталю платить деньги.

Чет умоляющим жестом воздел руки к небу.

— Это политика! — воскликнул он.

— Жизнь вообще несовершенна, — вставил слово Джек.

— Мне кажется, что это страшно, — вслух подумала Тереза.

После десерта и кофе Чет и Колин начали агитировать остальных переместиться в «Чайна клаб» и немного потанцевать. Тереза и Джек решительно отказались. Истратив все свое красноречие, Колин и Чет сдались.

— А вы поезжайте туда без нас, — предложила Тереза.

— Это серьезно? — спросила Колин.

— Мы не хотим портить вам вечер, — добавил Джек.

Колин выжидательно посмотрела на Чета.

— Тогда поехали, — решил он.

Выйдя из ресторана, Тереза и Джек усадили Колин и Чет в удачно подвернувшееся такси и помахали им на прощание.

— Надеюсь, они получат удовольствие, — сказала Тереза. — Для меня это было бы настоящей пыткой. Хорошенький отдых — сидеть в прокуренном до синевы зале и содрогаться от музыки, рвущей барабанные перепонки.

— Кажется, хоть в этом мы с вами единодушны, — заметил Джек.

Тереза искренне рассмеялась — у них с Джеком оказалось одинаковое чувство юмора.

Нерешительно переглянувшись, Тереза и Джек некоторое время постояли на тротуаре, думая, что делать дальше. Вторую авеню заполнял народ, хотя температура была около нуля и в воздухе чувствовалась сырость — настоящая гриппозная погода. Небо, однако, было чистым, и светились звезды.

— Кажется, метеорологи забыли о том, что начинается весна, — произнесла Тереза, засунув руки в карманы пальто и зябко приподняв плечи.

— Можно завернуть за угол и пойти в бар, где мы были вчера, — предложил Джек.

— Можно, — согласилась Тереза, — но я хочу предложить нечто лучшее. Наше агентство находится на Мэдисон-авеню, это совсем близко. Как насчет блиц-визита?

— Вы приглашаете меня в свой офис, хотя прекрасно знаете, как я отношусь к рекламе? — удивился Джек.

— Мне показалось, что вы не любите только медицинскую рекламу, — попыталась оправдаться Тереза.

— По правде говоря, я вообще не большой поклонник рекламы, — сказал Джек. — Чет вчера поспешил заткнуть мне рот, и я не успел этого сказать.

— Но вы же не принципиальный противник рекламы как таковой? — поинтересовалась Тереза.

— Я убежденный противник только медицинской рекламы, — согласился Джек, — о причинах я уже говорил.

— Так все-таки как насчет визита? Мы же делаем не только медицинскую рекламу, возможно, вы сумеете найти и для себя что-нибудь новое и интересное, — настаивала Тереза.

Джек в это время пытался понять, что скрывается за светло-голубыми глазами и полным чувственным ртом. Он не преуспел в своей попытке — то, что он видел, говорило о повышенной ранимости, хотя, как подозревал Джек, стоявшая перед ним женщина была образцом целеустремленности и твердости.

Встретившись с Джеком взглядом, Тереза кокетливо улыбнулась.

— Ну будьте же хоть немного авантюристом, — подзадорила она его.

— Я не могу отделаться от чувства, что вами движут какие-то скрытые мотивы. Я прав? — спросил Джек.