– Жива и Анита, – напомнил нам Павел. – И если не ошибаюсь, сегодня обещала явиться с какой-то сенсационной информацией. Так что давайте пятки пока отложим, подождем ее…

Анита приехала, когда Беата уже принялась убирать со стола после нашего не то обеда, не то ужина. Пришлось устроить такой перекус, поскольку Алиция уперлась, что натощак она вообще не в состоянии думать. Вопреки опасениям, Зенончик не появился во время еды и тем заставил нас пребывать в напряжении. Он мог вообще не прийти сегодня, а мог и появиться в самый разгар обсуждения наших тайн и секретов.

Анита очень удивилась, когда Мажена демонстративно, у нее на глазах, тщательно заперла входную дверь на два оборота ключа.

Оглядевшись, гостья со сдержанным юмором предположила:

– Я бы могла подумать, что вы намерены отныне держать меня взаперти, если бы не полная свобода – мне отсюда отлично видны распахнутые настежь стеклянные двери в сад. Правда, там сидят начеку дикие звери… Я могу чувствовать себя свободной?

– Можешь, – рассеянно разрешила хозяйка, торопясь нарезать для кошек вынутую из микроволновки рыбу.

– Никто не намерен держать тебя взаперти, – пояснила Мажена. – Запираемся мы от непрошеных гостей, которые имеют дурную привычку приходить не вовремя. Просто закрыть дверь? Могут войти и не постучавшись, а дверь прикрыть за собой тихонечко, мы же, как тебе известно, намерены сегодня обсуждать наши тайны. А двери на террасу тоже закроем, не беспокойся. Вот только хозяйка накормит свою живность.

Анита оживилась ну прямо вулканически.

– Правда? За этим я и пришла. Вы и в самом деле выдадите мне хоть какую-то из своих тайн? Я уже с порога увидела – что-то произошло. Наверняка вы совершили величайшее открытие, я всей шкурой ощущаю, что комната просто набита эмоциями.

– Алиция? – полувопросительно обратилась я к хозяйке, хотя предварительная договоренность нами была уже достигнута. Вопрос с отношением к Аните был, в сущности, решен.

Обе с Алицией мы не выносили лжи и притворства, причем Алиция была в этом отношении еще непримиримее меня. Для нее не существовало никаких смягчающих обстоятельств, когда можно было бы слегка приврать или немного исказить правду. Нет! Или все – или ничего. Меня же всегда подводило мое доброе сердце. Нужно оно мне, как собаке пятая нога… Анита мне, в принципе, нравилась, я относилась с пониманием к ее, так называемой, тонкой дипломатии, когда она допускала и намеки, и отклонения от истины, и даже уклончиво давала понять о наличии того, чего на самом деле и не было. Осуждая явно ненужную ложь, я допускала в исполнении Аниты недоговоренность и полуправду, зная, что в душе она человек нелживый. Опять же многолетняя журналистская практика не могла не сказаться на ее способе общения, даже с друзьями.

А вот Алиция решительно была другим человеком, поэтому не было у нее доверия к Аните с ее недомолвками и полуправдами. Мне удалось убедить подругу, что в этом сложном деле Анита будет с нами по одну сторону баррикады.

– Ты же видишь, – твердила я Алиции в нашей беседе с глазу на глаз, – что в нашем деле нет и речи о твоих фамильных документах. Анита могла интересоваться драгоценностями Ренессанса, за остальное можешь быть спокойна. А я по-прежнему готова помочь тебе в поисках твоих таинственных бумаг, но чуть позже, когда покончим со взломщиками и трупами. В спокойной обстановке. Ну, согласна?

– И сама не знаю, – продолжала сомневаться Алиция. – Не знаю. Драгоценности могли оказаться только поводом.

– Окстись, дорогая! Стала бы она к такому делу подключать Падлу, Зенончика, Прохиндея, Памелу?

– Уж и не знаю…

– Да сама подумай, ведь Анита явно не знает, в чем суть поисков, зато много знает о Падле. Расскажем ей не все, только то, что сочтем нужным, что безопасно для тебя, а она поделится с нами своими секретами. Могут оказаться весьма полезными.

– Если скажет правду.

– А мы уж сами разберемся, правду или нет. И в любом случае у нас появится возможность прижать ее к стенке…

В конце концов Алиция согласилась ввести Аниту в суть нашей тайны, причем инициатива вести переговоры остается за ней, за Алицией. Я предупредила подругу, чтоб не падала духом, если ненароком у кого-нибудь из нас вырвется какое непредвиденное словечко. Конечно же, мы постараемся сдерживаться. В случае чего она, Алиция, получает неограниченное право тут же и безоговорочно заткнуть нам рот.

Видимо, ей понравилось это «тут же и безоговорочно», и она наконец согласилась на переговоры с Анитой.

– Ну, ладно, так и быть, – начала хозяйка переговоры, повернувшись к гостье, но не прекращая готовить еду кошкам, – мы нашли то, что искал Падальский.

– Ох! В самом деле? – выкрикнула потрясенная Анита.

– Пересядь вон туда, здесь сейчас будут питаться кошки. Во всяком случае, так мы считаем. Но сначала ты…

Павел выдвинул предложение дать Аните наш список с вопросами, так ей будет легче отвечать.