Шрифт:
— Но…
— Никаких «но». Мы погибнем, если я не вмешаюсь. Охраняйте меня.
— Безусловно.
Ответа не последовало. Кара поняла, что он уже ушел, высвободив свое сознание. Она подобрала пистолеты и направилась к двери.
В коридоре все еще продолжалась ожесточенная перестрелка.
— Гарлон!
— Что?
Нейл посылал заряд за зарядом. Ему отвечали плотным огнем.
— Я нашла здесь босса! — Каре приходилось перекрикивать пальбу. — Как наши дела?
— Просто омерзительно! — проревел Гарлон. — Как минимум четверо ублюдков в хорошем укрытии. Туда мы не пойдем.
Кара высунулась из-за двери и дала очередь сразу из обоих пистолетов.
— Мне надо охранять Рейвенора! — крикнула она, отступая обратно. — Думаю, тебе стоит вернуться и попытаться добраться до мостика!
— И бросить тебя здесь?
— Таков план, помнишь? Давай придерживаться его.
— Но…
— Просто уноси задницу! Я справлюсь!
Он прекратил стрелять и досмотрел на нее:
— Уверена?
— Проклятие, да. Ведь это же я.
Гарлон улыбнулся. Она всегда любила эту улыбку.
— Доберись до мостика. Убей их всех, — сказала Кара.
Нейл кивнул и сменил обойму.
— Увидимся позже, Кара Свол.
— Будь уверен.
— Прикрой меня, — сказал он, поднимаясь. Свол накрыла коридор шквальным огнем. Нейл бросился бежать. Спустя минуту разъяренные охотники с новыми силами возобновили стрельбу.
— Вот так, — сказала сама себе Кара.
— Разве мы не должны что-нибудь сделать? — спросил Зарджаран.
Тониус хотел пожать плечами, но знал, что это повредит его руке. Было слышно, что охранники вступили с кем-то в ожесточенную перестрелку. Еще двое или трое их приятелей пришли к ним на помощь. От непрерывной стрельбы по палубе стелился дым.
«Это спасение, — задумался Тониус, — или смерть?» Должен ли он подняться и попробовать что-нибудь предпринять? Именно это имел в виду Зарджаран. Не «мы», а «ты», Карл.
Он мог попытаться напасть на охрану сзади, пока те были увлечены перестрелкой. Конечно мог. Только дайте ему для начала чертов танк «Леман Русс» и роту Адептус Астартес. Вот тогда он вполне сгодится для этой работы.
— Нам не стоит пока высовываться, — сказал Тониус.
— В самом деле? — Зарджаран заглянул ему в глаза. — Но я думал…
— И что же ты думал?
— Ничего.
«Думал, что я герой? Несгибаемый агент Инквизиции? Подумай еще раз».
Матуин уже нервничал не на шутку.
— Именем Терры, госпожа, сделайте же что-нибудь!
— Не могу! — отозвалась Прист. — Кто бы ни сотворил это, он очень постарался. Мы блокированы. Но и у них не больше власти над кораблем, чем у нас. Что это было? — Она подняла удивленный взгляд от когитатора.
Матуин тоже огляделся. Никакого движения. Неужели тот охотник наконец добрался до них?…
— Точно ветер, — сказала Прист. — Шум крыльев? Я…
Она в ужасе смотрела на дисплей пульта, который стремительно затягивала корка изморози. Затем белая пелена покрыла ее пальцы, кольца, бархатные рукава…
— О м-милостивый Боже-Император, защити м-ме-ня… — заикаясь, произнесла Циния.
— Он тебя не слышит, — загрохотал в ее голове голос Кински.
Прист окинула взглядом энжинариум. Никого.
Кински стрелой слетел с потолка и заглянул в ее испуганные глаза. Он выпустил шипы, чтобы удобнее было продираться сквозь ее тонкие ментальные стены.
Что-то твердое и разъяренное ударило в сознание Кински, бросив его через весь энжинариум. Мучась от жаркой боли, кровоточа псионической энергией, Кински собрался в бронированный ментальный шар, вокруг которого хлестали бритвенно-острые нити.
— Кински.
Наконец проявился противник. Он принял очертания морского хищника, огромной мерцающей внутренним светом рыбы с пилами длинных зубов. Она обогнула материальные опоры ближайшего моторного блока, сверкая янтарной энергией в бессмертных глазах.
— Рейвенор.
Ударив хвостом, двадцатиметровая рыбина проплыла по воздуху к дрожащему бронированному шару. Кински изменил свой нематериальный облик, превратившись в гигантского богомола с огромными клешнями, из безумных глаз которого исходил перламутровый свет.
— Помнится, ты предлагал разобраться, Кински. Давай.
Рейвенор взмахнул хвостом и, закатив глаза и разевая пасть, устремил свою ментальную форму вперед, готовясь вцепиться в противника.