— Если эта фраза предназначена для того, чтобы потрясти меня или заставить пересмотреть мое решение жениться на Леони, ничего не получится. Мы подходим друг другу. Я все время работаю, часто уезжаю, поэтому я не могу позволить себе иметь жену, которая будет постоянно ворчать из-за того, что меня никогда нет дома.

— Тогда зачем же обременять себя женитьбой?

— Из-за детей. Мне хотелось бы их иметь, и не одного.

— И вы думаете, что Леони будет хорошей матерью?

— Я думаю, она будет неплохо рядом со мной смотреться, а та чудесная супружеская пара, что вырастила меня, вырастит и моих детей.

— А, понимаю, и, смотрите-ка, как вы удачно выкрутились…

Ее высказывание вызвало его усмешку.

— Дайте-ка теперь я попробую угадать, чего хотите вы: вы ждете мужчину, который будет вас любить до самой смерти и подарит вам троих хорошеньких карапузов. А еще вы мечтаете о карьере, а не просто о работе. О настоящей карьере, которая приносила бы вам удовлетворение.

Она решила не отвечать, но ее молчание обо всем ему сказало.

— Так кто, по-вашему, мечтатель: вы или я? Я добиваюсь только того, что могу получить. Вы хотите осуществить то, о чем все мечтают, но еще никто не достиг.

Может, его слова и должны были ее обидеть, но этого не случилось.

— Без надежды человек умирает, — сказала она с улыбкой, и он улыбнулся ей в ответ.

— Такой надежды, как у вас? Суметь оживить мертвого?

— Кажется, Рут считает, что я могу это сделать, и я обязательно попытаюсь.

Вставая, он потянулся, словно огромный темный зверь, в свете костра. Взяв горящую ветку, Тарик зажег фонарь и поставил его рядом с Кэди.

— Вы не хотите рассказать мне поточнее, что собираетесь делать?

Если говорить честно, Кэди должна была сказать, что понятия не имеет — у нее нет никакого плана. Однако она сомневалась, что настоящий бизнесмен поймет такую стратегию. Это почти так же, как на кухне: понятия не имеешь, что собираешься готовить, пока не увидишь, какие на рынке самые привлекательные и свежие продукты.

— Думаю, я пока не стану делиться своими планами. — Она постаралась, чтобы ее слова прозвучали загадочно, однако по тому, как он — улыбнулся, Кэди догадалась: он знает, что у нее в голове, а вернее, чего у нее там нет.

Вставая, она с опаской посмотрела в сторону палатки, новый смешок заставил ее вновь повернуться к Тарику.

— Не пугайтесь. Вы можете еще целую ночь сохранять свою девственность.

— Я не… — начала было Кэди, но замолчала, потому что поняла: он снова поддразнивает ее. — Интересно, чем вы развлекали себя до того дня, когда повстречали меня?

— Я работал по восемнадцать часов в сутки. Вы можете занять палатку, а я лягу в джипе.

— А может, вам лучше лечь рядом с конем?

— А что, Коул так и поступил бы? — вдруг посерьезнев, спросил он.

— Что вы о нем знаете?

— Если у вас могут быть секреты, у меня — тоже. Спокойной ночи, мисс Лонг, — сказал он и шагнул в темноту, так что она сразу потеряла его из вида.

Взяв в руки фонарь, Кэди вошла в палатку, направляясь к спальному мешку. Сначала она подумала, что может забраться в него, не раздеваясь, но поняла, что это смешно. Он заверил ее, что не причинит ей зла, и какого бы она ни была о нем мнения, Кэди чувствовала, что рядом с этим человеком она в полной безопасности. Настолько, что, если ей что-то будет угрожать, не важно, где и когда, он обязательно появится и защитит ее. Разве он не являлся ей во сне всю ее жизнь? И разве он не появился здесь, в Колорадо, когда она думала, что он за тысячу километров от нее?

Засыпающей Кэди показалось, что она услышала слова: «Спокойной ночи, Кэди». Однако она не была в этом уверена. Может, это прошептал ветер, но она заснула с улыбкой на устах.

— Что? Что вы от меня хотите? — Переспросила Кэди, обхватив ладонями кружку горячего кофе и удивленно глядя на Тарика Джордана. Этим ранним утром они оказались совершенно одни в окружении дикой, но прекрасной природы Колорадо.

— Побездельничать, — с улыбкой подтвердил он. — Забыть о делах. Взять выходной.

— Я не могу, — пробормотала ошеломленная Кэди. — Я ведь понятия не имею, что сейчас поставлено на карту. От меня зависят люди. Их жизни. Они ждут меня. Я должна…

— Они ждали больше ста лет, так что такое один день? — Он помолчал. — Мисс Лонг, неужели вы никогда не веселитесь?

При одной мысли об этом перед глазами Кэди промелькнула тысяча сцен: вот она приходит домой из школы и помогает матери Джейн по хозяйству, вот она готовит для чужих людей в выходные. Потом учеба днем и плюс курсы по вечерам и обслуживание вечеринок, чтобы оплатить учебу. А потом были «Луковица» и Грегори. Его представление о «веселье» сводилось к тому, чтобы Кэди готовила человек на двадцать пять гостей, которые в один прекрасный день могут вдруг оказаться полезными в его политической карьере. Потом Ледженд и самое яркое воспоминание: постоянное чувство страха из-за того, что она никогда не вернется домой. После этого она переживала из-за работы, а теперь…