– Так это не я.

Пит, улыбаясь, встал.

– Ты готов?

– Да.

Они вышли из дома. День был пасмурный. Они обошли пруд и пешком направились к больнице.

– Хороший денек, – сказал Пит. – Только чуть прохладно.

Они пошли дальше.

– Листья срываются с насиженных мест. А что, неплохая фраза. Что скажешь?

– О чем?

Они пересекли дорогу у офиса Электрической Компании и пошли дальше.

– Старина Лен попросил, чтобы мне позвонили на работу Как раз вовремя. Я вчера заявление подал.

– Да ты что?

Они прошли вдоль задней стороны кладбищенской ограды.

– Слушай, а как твой капиталец? И вообще, когда ты хоть чуть-чуть шевелиться начнешь?

– Да я как-то об этом еще и не думал.

Они прошли пустырь, оставшийся на месте разбомбленного квартала.

– Ну да, – сказал Пит.

Порывистый свежий ветер нес по земле листья и бумажные пакеты. Они миновали пожарное депо и подошли к больнице.

– Прочел в последнее время что-нибудь хорошее? – спросил Пит.

– Нет.

Они свернули в больничные ворота.

– Мистер Вайнштейн? – сказал Пит.

– Отделение номер три.

Они прошли через главный корпус, поднялись по лестнице на второй этаж и оказались в нужном отделении. Посетители сидели у больничных кроватей. Многие пациенты были в наушниках. Медсестры и санитарки собрались в дальнем конце помещения, около больших кадок с комнатными цветами. Пит и Марк пошли вдоль прохода между койками.

– Может, его какой-нибудь ширмой отгородили. Как ты думаешь? – сказал Пит.

– Или торговля вразнос, или сбор голосов. Они обернулись.

– Мы тебя сразу не заметили, – сказал Пит.

– Ничего удивительного, – сказал Лен, чуть сдвинув одеяло.

Они сели с обеих сторон койки.

– Пришли, значит.

– Значит, пришли, – сказал Марк.

– Ну, и как ты тут? – сказал Пит.

– Да я здоров как бык, – сказал Лен, – серьезно. А они тут носятся со мной как с писаной торбой.

– Почему это?

– Потому что со мной никаких хлопот. Сестрички на меня не нарадуются.

Сестры стояли у кадок с цветами и болтали.

– Просто не нарадуются, – сказал Лен.

– Держи сигарету, – сказал Пит, протягивая пачку Марку.

– Меня такое отношение полностью устраивает, – сказал Лен.

– Надолго ты тут застрял? – спросил Пит.

– Через два дня выписываюсь. Привели в рабочее состояние.

Марк обернулся и посмотрел на медсестер.

– Они тут очень хорошие, – пробормотал Лен. Марк повернулся обратно. Он выпустил дым через нос.

– Какой-то ты сегодня странный, не в своей тарелке, – сказал Лен.

– Что?

– У тебя такой вид, будто тебя недокармливают.

– Серьезно?

– А у тебя здесь неплохо, – сказал Пит.

– Просто идеально.

Марк и Пит обвели взглядом длинную палату.

– Одеяла – высший класс, кормят как дома, – сказал Лен, – до отвала.

Марк посмотрел на потолок.

– Ни высоко, ни низко, – сказал Лен и зашелся в приступе кашля. – Где там плевательница?

Марк заглянул под кровать. Пит нащупал с другой стороны ночной горшок и поднял его. Лен сплюнул прямо в мочу.

– Предварительный анализ мочи отличный, – сказал Марк.

– Так и знал, что ты это скажешь.

– Когда они позвонили, я уж решил, что ты при смерти, – сказал Пит. – Даже собрался по дороге на Петтикоут-лейн купить тебе подержанное распятие.

– Я им сказал, что ты мой ближайший родственник.

Пит выпустил густую струю табачного дыма.

– Кстати, Марк, – сказал он, – а что случилось с твоей трубкой?

– Ничего с ней не случилось.

– Значит, сработало?

– Ты что, трубку куришь? – спросил Лен.

– Нет.

– Ну вот, – сказал Пит, – а я вчера тоже решился наконец.

– На что? – сказал Лен.

– Увольняюсь, заявление написал.

– А что так?

– С меня хватит.

– И что делать будешь?

– Да есть кое-какие планы.

– Давайте свое дело откроем.

– Знаешь, Лен, – сказал Марк, – а ты отлично выглядишь.

Больничное помещение просто сияло чистотой. В вымытых до блеска окнах мелькали опадающие листья. Марк бросил сигарету на пол и затушил ногой.