“Иди сюда, ведьма!” — рявкнул она. Голос твари был столь низок, что Миднайт едва смогла разобрать его слова. В одной руке жирное чудовище держало ржавый скимитар, а в другой пару наручников, которыми оно замахивалось на женщину.

Поскольку она не была знакома с законами Царства Мертвых, чародейка не торопилась вмешиваться в события, но это продлилось недолго. Она не могла допустить, чтобы обижали одного из последователей Мистры. “Оставь ее в покое!” — крикнула Миднайт.

Услышав слова чародейки, женщина бросилась в ее сторону. Тварь замерла, затем нахмурилась, покачивая головой, словно не в силах поверить в то, что сейчас услышала. Наконец, она прорычала, — “Она принадлежит Повелителю Миркулу”.

Словно эти слова все объясняли, тварь бросилась вслед за женщиной и ударила ей по голове кандалами.

Последовательница Мистры рухнула на землю.

“Стой!” — приказала Миднайт, приближаясь к месту схватки. “Дотронься до нее и ты сдохнешь!”

Тварь остановилась, обводя чародейку взглядом. Наконец, она взревела, — “Сдохну? Дотронусь до нее и сдохну?” Она разразилась жутким, гортанным смехом, от которого сотряслось все ее уродливое тело. Успокоившись, она опустилась на колени и сомкнула кандалы на запястье женщины.

В голове у Миднайт всплыло могущественное заклинание заточения. Чародейка помедлила мгновение и вдруг ощутила как вокруг нее собирается магическая пелена. Она была не дрожащей и слабой как в Королевствах, а прочной и надежной. Миднайт улыбнулась и произнесла заклинание.

Тварь сомкнула кандалы на втором запястье женщины.

Завершив чтение заклинания, Миднайт направилась к монстру, — “Я ведь тебя предупреждала”.

Тварь подняла глаза и оскалилась, готовясь к новому нападению, — “Ты сгниешь в…”

Чародейка протянула руку и прикоснулась к плоти мерзкого монстра, тем самым приведя в действие заклинание заточения. Тварь осеклась на полуслове и тут же замерла на месте. Через мгновение жирное чудовище оказалось заключено в темную сферу, которая утянула его под белую поверхность равнины. Там оно и останется до тех пор, пока кто-нибудь не решится освободить его.

Миднайт охватила дрожь и ей пришлось опуститься на землю и прикрыть глаза. В схватке с ужасным монстром чародейка чувствовала как ее переполняла решительность и злость. Однако сейчас, когда все осталось позади, она вдруг ощутила как к ней подбирается тошнота и страх. Хотя магическая пелена и была стабильна, когда она обратилась к ней, но Миднайт бросало в дрожь от одной мысли, что могло произойти, если бы ее заклинание исказилось.

Она попыталась не думать об этом. Заклинание сработало так как нужно и по всей видимости за пределами Королевств магия была все так же стабильна, как и до низвержения богов. Миднайт сидела неподвижно, прикрыв глаза и не обращая на окружающий ее мир.

“Мы с вами раньше не встречались?” — спросил мужской голос.

Он показался Миднайт необычно знакомым, хотя она и не могла вспомнить, где она могла слышать его раньше. Открыв глаза, она к своему удивлению обнаружила, что на нее обращены взоры нескольких десятков людей. Женщины, которую Миднайт спасла, нигде не было видно. Она исчезла, даже не поблагодарив свою спасительницу.

Человек в алом одеянии с золотой оторочкой, который обратился к Миднайт, стоял прямо перед ней. Это был Раймон, жрец Латандера.

“Что ты здесь делаешь, Раймон?” — спросила Миднайт, поднимаясь на ноги. Последний раз они встречались во время суда в Шедоудейле и тогда он выглядел вполне живым.

“Значит я тебя знаю!” — восхищенно воскликнул Раймон. “Я был прав!”

Однако, жрец так и не ответил на вопрос Миднайт. На самом деле он погиб в лесу, неподалеку от Шедоудейла, когда его раздавило внезапно ожившее дубовое дерево.

“Да, ты знаешь меня”, — подтвердила Миднайт. “Ты свидетельствовал против меня и Адона на суде по обвинению в убийстве Эльминстера”.

Раймон нахмурился. “Эльминстер? Но ведь он жив…разве нет?”

“Жив”, — произнесла Миднайт. “Суд был ошибкой”.

Раймон нахмурился, пытаясь вспомнить о суде, так как с тех пор как он появился на равнине в Царстве Мертвых, он постепенно начал забывать свою прежнюю жизнь. Но жрец точно помнил, что Миднайт не была казнена. “Я уже почти ничего не помню”, — признался он. “Но ты спаслась, значит, как говорят последователи Латандера, ‘На смену ночной тьме всегда приходит утренний рассвет’”.

“Я бы так не сказала”, — ответила Миднайт, подумав о людях, которых пришлось убить Сайрику, чтобы они смогли обрести свободу.

Раймон казалось не обратил никакого внимания на слова Миднайт. “Ты очень смелая, раз решилась спасти эту женщину”, — произнес он. “Но это было и достаточно глупо. Все равно тебе не остановить их всех”.

“Что это была за тварь?” — спросила Миднайт, указывая на землю в том месте, где она заточила монстра.

“Один из слуг Миркула”, — пояснил Раймон.