– Тише, малышка, не кипятись, – вдруг прервал девушку низкий, приятный баритон. – Сейчас спокойно во всем разберемся. Я немного послушал вас и понял – удачно зашел. Меня тоже интересует это дело!

Только теперь ребята заметили непонятно откуда появившегося мужчину в черной кожаной куртке. Широкоплечего, по-военному подтянутого, с русой, коротко стриженной головой. Незнакомец пристроился на деревянном подоконнике, неподалеку от ринга. Черты его лица сильно напоминали исчезнувшего тренера, но были гораздо строже, резче. И еще взгляд: не благодушный, как у Евгения Андреевича, а суровый, твердый, пронизывающий буквально насквозь.

– Я Виктор Павлов, родной брат Евгения, – в ответ на общий немой вопрос невозмутимо пояснил мужчина. – Суть мне в принципе ясна, но давайте уточним ряд деталей...

21 час 55 минут.

«Итак, Умаровы. Известная фамилия. Даже чересчур известная!!! – думал Виктор Павлов, ведя машину по направлению к популярному среди городских богатеев казино «Невиданный успех». – Н-да! Правильно я поступил, начав самостоятельное расследование. Слишком крупные фигуры! Таких не рискнут арестовывать, основываясь лишь на словах и предположениях желторотых студентов. Начнут тянуть резину, пока то, пока се, а время поджимает! Сердцем чувствую!!! Короче – необходимы веские доказательства. Очень веские!.. Ладно, раздобудем. Для начала возьмем за жабры хозяина казино Ваху. Побеседуем тет-а-тет... Хорошо, видеокамеру с собой захватил!!! Пригодится... А пентонала [18] под рукой нет. Жаль!.. Ну, ничего, обойдемся. Поработаем по старинке, дедовскими методами. Не станет чечен изображать из себя Зою Космодемьянскую. Порода не та! Шакал, он и в Африке шакал! Расколется, сволочь, аж до задницы!.. А вовремя я в спортзал поспел! Иначе б могли наломать ребята дров. Не дай Бог, угодили бы под раздачу!.. Мозги я им прочистил конкретно. Теперь посидят пару дней дома. Целее будут... Ага! Вот указатель. Ехать осталось минут восемь-десять. Посторонние мысли в сторону! Будем соображать, как половчее устранить охрану да спеленать дражайшего Вахида Магометовича».

Помимо разнообразных азартных игр, казино «Невиданный успех» предоставляло страждущим и иные утехи, более деликатного свойства: дорогие наркотики высшей пробы (наибольшим спросом пользовался кокаин); стриптиз-бар, где, заплатив в кассу кругленькую сумму, можно было выбрать для сексуальных забав любую приглянувшуюся танцовщицу; гей-кафе (там одевались-раздевались педики, активные и пассивные, на выбор клиента). Кроме того, в подвальном помещении исправно функционировал публичный дом для педофилов с постоянным штатом из десяти малолетних рабов. Мальчиков и девочек от восьми до двенадцати лет, купленных по дешевке у родителей-алкоголиков. Их запрещалось вывозить за пределы здания, и детей «пользовали» прямо здесь, в смежных со «смотровым» залом специально оборудованных помещениях. Проведя, как обычно, тщательную проверку всех участков заведения, Ваха собрал накопившийся со вчерашнего вечера «черный нал» (без малого четыреста тысяч долларов), в сопровождении двух доверенных телохранителей (Юнуса и Хакима) прошел в стриптиз-бар и расположился за лучшим, зарезервированным лично для него столиком. Деньги находились в «дипломате», пристегнутом наручниками к левой руке хозяина казино. Конечно, не царское это дело тяжести таскать, но... тут особый случай! Если, допустим, телохранителей убьют (хотя такого прежде не бывало), но если вдруг... то надо срочно сматываться и некогда будет отцеплять от трупа драгоценный «дипломат!..»

Сегодня Вахино настроение устойчиво держалось ниже нулевой отметки. Глотая рюмку за рюмкой настоящий армянский коньяк пятилетней выдержки, он угрюмо дымил гаванской сигарой и даже не удостаивал взором сцену, на которой под похотливое уханье посетителей сладострастно извивались три обнаженные красотки. Мысли чеченца неотвязно крутились вокруг проклятого русского мальчишки. Мало того, что до сих пор не сломался, паршивец (Ваха недавно звонил домой), так в придачу лицо ему изуродовал!!! Наш джигит чрезвычайно любил собственную физиономию, гордился ее чистой кожей, породистой фактурой, а сейчас... О Аллах!!! Сейчас подбитый Барятинским глаз превратился в крохотную щелочку, а огромный вздувшийся синяк не смогла замаскировать никакая косметика! Кошмар! Неслыханное позорище!!! Обслуживающий персонал и посетители казино, разумеется, ничего не говорят в открытую, однако за спиной наверняка шушукаются! Небось гадают хихикая, кто так разукрасил «горного орла»?! Сво-ло-чи!!!

К одиннадцати вечера, разобиженный донельзя, Ваха вылакал с горя почти две бутылки коньяку, внезапно ощутил неприятную тяжесть в кишечнике, шатаясь, поднялся из-за стола и, злобно кося здоровым глазом на разгоряченных мужчин в зале, направился справить нужду. Хаким с Юнусом молчаливыми тенями последовали за хозяином. Миновав без задержки общий туалет, Умаров двинулся к особому, оборудованному в национальных ичкерских традициях [19] . Он находился неподалеку от запасного входа в казино, и «неверные» туда не допускались. Пройдя по коридору лишних двадцать шагов, Ваха свернул за угол, добрался, наконец, до «национального сортира», зашел в отдельную кабинку, спустил штаны, тяжело угнездился на толчке, сосредоточился, но вопреки надеждам спокойно облегчиться не сумел. Внимание джигита беспардонно отвлекли два сочных шлепка и еще какой-то подозрительный шум. Приоткрыв дверцу, пораженный Умаров увидел лежащих на полу Юнуса и Хакима. На туловищах обоих стремительно набухали кровавые пятна. Хаким мелко сучил ногами. Юнус вообще не шевелился. Рядом с телами нукеров стоял ладно скроенный мужчина в черной кожанке, черных брюках и в собровской шапочке с прорезями для глаз. В руке он держал пистолет с глушителем.

– Ап-па-па! – зашлепал губами онемевший от ужаса хозяин казино. – П-п-ап!!!

– Не вздумай орать. Убью! – грозным шепотом предупредил незнакомец, производя контрольные выстрелы в головы охранников. – А варежку открой пошире. Вот так-а-ак! – мужчина затолкал в послушно разинутый рот Вахи скомканную, грязную тряпку. – Теперь вставай, штаны не надевай и паинькой топай ножками куда скажу. Если хочешь жить – двигайся бесшумно, аки призрак. Ну, пшел, чмо!!!

На разработку плана действий Виктор потратил не более сорока минут. Дело в том, что означенное казино было ему хорошо знакомо. В 1997 году ФСБ намеревалось провести здесь спецоперацию по изъятию большой партии героина. (Судя по поступившим в «Контору» агентурным данным – транзитной.) Павлова-младшего (тогда еще капитана) назначили руководителем группы захвата. Он досконально изучил окрестности, все ходы-выходы, здешние подземные коммуникации, внутреннюю планировку здания, систему охраны, но... в последний момент СВЕРХУ обрушился категорический запрет, и начальник отдела, скрепя сердце, отменил операцию. (Судя по дошедшим до ушей капитана слухам, вето наложила непосредственно администрация Ельцина, где семья Умаровых имела значительные связи.) Павлов, помнится, локти кусал с досады! Уйма времени потрачена впустую! Две недели напряженной работы псу под хвост!!! Зато теперь, спустя пять лет, скрупулезно собранная информация пришлась как нельзя более кстати! Потребовалось лишь слегка напрячь память...

Оставив машину в подворотне рядом с люком теплотрассы, майор подобрался к казино с тыльной стороны, вскрыл отмычкой замок пожарного выхода, проник вовнутрь, походя свернул шею не шибко бдительному чеченцу-охраннику и затащил труп в кладовку для швабр. Далее он намеревался переодеться в одежду покойного и... Впрочем, не буду утомлять читателя дополнительной страницей текста с описанием намеченных Виктором мероприятий, поскольку буквально через минуту после ликвидации первого нохчи, сложный, хитроумный и, откровенно говоря, весьма рискованный первоначальный план неожиданно упростился до предела. Эфэсбэшнику не пришлось разыскивать Ваху в огромном казино. Тот объявился самостоятельно, в упомянутом выше «особом сортире» в сопровождении всего двух нукеров. По счастью, довольно-таки беспечных. Юнус с Хакимом не держали оружие на изготовку, не сверлили взглядами подступы к туалету, а попросту лениво подпирали спинами стены. Надо полагать, не ожидали никаких неприятных сюрпризов в «святая святых» чеченского логова. Ну и поплатились соответственно. Внезапно появившийся на пороге спецназовец продырявил их, словно мишени в тире. Даже дернуться за стволами не успели. Затем он, как помнит читатель, согнал Ваху с унитаза и повел голозадого, стреноженного собственными штанами джигита по служебной лестнице в подвал. (При отступлении майор намеревался воспользоваться подземными коммуникациями.) Однако Виктор ничего не знал о публичном доме для педофилов (открытом только в прошлом году и отделенном от технических помещений тонкой деревянной перегородкой). В результате, на пути ко входу в теплотрассу майор столкнулся с парочкой не предусмотренных в расчетах субъектов мужского пола. Правда, ни один из них не мог сравниться с матерым офицером спецназа ни в реакции, ни в бойцовских навыках, а посему прожили они совсем недолго. (Не более секунды с момента встречи.) Первым погиб бордельный секьюрити, дежуривший у подножия лестницы для предотвращения возможной попытки бегства малолетних рабов. (Ему досталась пуля в голову.) Вторым – какой-то пьяный извращенец, сунувшийся по ошибке не в ту дверь. (Сокрушительный удар кулаком в висок и, добивающий, ступней сверху в горло).

Прислушавшись к доносившимся из-за перегородки звукам, Виктор прекрасно понял, чтотам происходит и сморщился в глубочайшем омерзении. «За это, Ваха, ты мне отдельно заплатишь! – мысленно пообещал он, подталкивая пленника в спину дулом пистолета. – Обязательно заплатишь, урод черножопый! По полной программе!!!»

Через тридцать пять минут трупы в туалете случайно обнаружил охранник, направлявшийся, согласно графику, менять первого из убитых Павловым чеченцев (ныне спрятанного в кладовке). А мертвецов в подвале нашел заведующий педофилическим борделем, некий Абдула Хамзаев. (Он пошел проверять пост у лестницы.) Поднялась тревога. Казино загудело растревоженным ульем. Об исчезновении брата с деньгами экстренно сообщили по телефону Беслану Магометовичу.