— Нашла архив?

— Нет, завтра пойду искать. Покормишь?

— Пойдем.

Мы пошли на кухню.

— Тебя Петир ищет.

Я подняла взгляд.

— Что не так, Дайан? Ты все пять лет школы только о нем и говорила. Если я правильно понимаю, ты должна светиться от счастья.

Я опустила взгляд к поставленной передо мной тарелке. Мама села напротив.

— Я боюсь, что он заметил меня не потому что я… — Я заморгала, прогоняя слезы. — Потому что мне открылись двери к Императору и его окружению.

— Тебе кажется или так оно и есть?

— Не знаю.

— А для тебя есть разница?

— А для тебя не было бы? — Вскинулась я. Но лицо мамы осталось неизменно.

— Мне было бы все равно. И было все равно, Дайан. Твоя тетка долгие годы провела с мужчиной, у которого были искренне любимая жена и ребенок. Он не позволил ей, даже, родить ребенка. Долгие годы она понимала, что их отношения закончатся ничем, и продолжала их. Просто потому, что каждое проведенное с ним мгновение дело ее счастливой и позволяло жить дальше с мыслями о нем. Спроси ее, жалеет ли она о тех годах.

Я моргнула.

— Если он уже сегодня делает тебя счастливой, зачем задаваться вопросом — почему? Даже если на это есть причины, почему бы не дать ему то, что он хочет? Почему нет?

— Это неправильно.

— Дайан. — Мама засмеялась. — Ты не маленькая девочка. Что такое правильно? Совсем не обязательно получать взамен тоже, что отдаешь сама.

— Как ты можешь так говорить о чувствах?

— Я говорю о жизни, Дайан. Об основах мироздания, если хочешь. По каким бы причинам Петир не обратил на тебя внимания (наконец) — он сделал это уже. И не надо быть эгоисткой, требуя чего-то еще.

Я мотнула головой, выходя из-за стола. Не согласна я с тобой, мама. Уж, извини.

— Отец любил тебя? — Обернулась я от лестницы. Никогда раньше я не осмеливалась спросить это.

Мама молчала, глядя на меня внимательно и грустно.

— Но он получил то, что хотел, ведь так?

Она отвернулась, не проронив ни звука. Я пошла к себе в комнату.

— Дайан, куда ты пропала? — Петир был взлохмачен и необыкновенно мил. Выкладывая вещи на кровать, я улыбнулась.

— Летела к архивам историков. Только вернулась.

— Придешь?

— А ты ждешь? — Я резко обернулась, всматриваясь в глаза любимой иллюзии.

— Я ждал тебя позавчера и вчера. Ты так исчезла…

А сегодня ждешь? Я молчала, смотря на него. Хотелось кинуться к порталу сейчас же, почувствовать его тепло. Но я лишь стояла и смотрела на его иллюзию.

— Я буду на центральной площади в течение часа. Потом буду дома… — Он исчез, подставка перестала светиться. Сев на кровати, я уткнулась в ладони, не сдерживая слезы. Что же это такое? Что же меня распирает так? Неужели можно настолько бояться потерять человека, что страшно даже находиться рядом с ним?

Я вышла на центральной площади Зальцестера чуть меньше, чем через час после разговора. Нужно было успокоиться. С красными опухшими глазами показываться на глаза Петиру совершенно не следовало. Он этого не выносил. Освещенная фонарями площадь была наполнена людьми. Я пыталась отыскать среди незнакомых лиц Петира. Через минуту блуждающего взгляда, наконец, увидела его. Взлохмаченный, словно по нему прошелся тайфун, парень смотрел на меня. Я поняла, что он смотрел все это время, ожидая, когда я найду его. Не подошел. Не крикнул. Просто смотрел. Я поежилась в вечерней прохладе, обнимая себя за плечи. Направилась к нему.

— Привет. — Улыбнулась.

Он провел пальцами по щеке, вглядываясь в меня, будто был не магом, а псиоником.

— Из-за чего ревела?

Я сглотнула. Ты все знаешь, да?

— Из-за страха тебя потерять… — Еще раз улыбнулась я. Надеюсь, это выглядело не слишком жалко.

— Я не ботинок, Дайан. — Петир взял меня за плечи, направляясь с площади. Обернувшись к нему, я поняла, что разговор об этом закончен. Понимай, как хочешь, девочка.

— Я могу тебя попросить об одной вещи? — Спросил он через минуту, не оборачиваясь.

— Можешь.

— Предупреждай, когда будешь исчезать на несколько дней.

— Петир, я даже перед мамой не отчитываюсь…

Он резко остановился, разворачивая меня к себе.

— Я не прошу отчитываться. Я прошу предупредить. Заранее. Если не затруднит.

— В чем дело, Петир? Ты всех своих девушек выстраиваешь?

От его взгляда стало жарко. В темноте переулка я отчетливо увидела, как заиграли желваки.

— Это просьба, Дайан. Но если тебе сложно, забудь о ней. — Ответил он тем же спокойным голосом и продолжил путь. Я сглотнула, чувствуя, как теплая сильная рука ложится обратно на плечо. Мне не трудно. Если тебе это нужно, мне совсем не трудно! Я зажмурилась на мгновение. Что же это… Я словно вернулась в Школу и не могла поддаться ему на практическом уроке по боевому использованию магии.