— Мы должны потребовать, чтобы ученые Империи взялись за работу по экранированию мыслей.

— Разумеется. Но в данный момент это нам не поможет.

— А ты не можешь просто избегать его, оставаться в своих комнатах…

— Ну конечно. И превратиться в абсолютный нуль. Я же должен бывать повсюду, встречаться с агентами, с правителями Бетельгейзе, руководить работой… Ч-черт! И все, что я смогу узнать, тяжело потрудившись, тут же становится известно Айхарайху — без малейших усилий с его стороны! — Флэндри прикурил сигарету и нервно выпустил облако дыма. — Что делать, что делать?!

— Как бы там ни было, — сказала Элайн, — мы должны действовать быстро. Сартаз проявляет все более заметную холодность к нашим людям. Пока мы спотыкаемся и надаем — Айхарайх работает. Подкупает, шантажирует, захватывает одну позицию за другой. В одно прекрасное утро мы проснемся и обнаружим, Что арестованы, а Бетельгейзе стала надежным союзником Мерсейи.

— Очаровательная перспектива, — горько откликнулся Флэндри Красный предзакатный свет струился в комнату, падая на пол пятнами, похожими на кровавые лужицы. Дворец затих, знатные гости отдыхали после охоты, а слуги занимались подготовкой пира. Флэндри обвел взглядом странные декорации — неземной свет и необычный пейзаж за окнами… Чужой мир под чужим солнцем, а сам капитан — практически пленник чуждых и все более враждебных существ… Внезапно Флэндри почудилось, что он зверь, попавший в крепкую ловушку.

— Полагаю, мне следовало бы сейчас придумать какие-нибудь контрмеры, — безнадежно произнес Флэндри. — А потом, само собой разумеется, мне придется отправиться на банкет и позволить Айхарайху прочесть все детали… каждая мелочь, известная мне, лежит перед ним, как на раскрытой ладони, ведь не могу же я подавить собственные мысли…

Глаза Элайн внезапно расширились, тонкие пальцы девушки, лежавшие на руке капитана, напряглись.

— В чем дело? — спросил он. — Ты что-то придумала?

— О!.. нет, ничего, Доминик. — Она улыбнулась. — Просто у меня есть прямой контакт с Солом, и…

— Ты мне об этом не говорила.

— Незачем тебе об этом знать. Я просто сейчас гадаю — сообщать им о новых сложностях или нет. Одному Богу известно, как эти тупоголовые бюрократы среагируют на такую новость. Вполне могут срочно отозвать нас отсюда, а то и вообще отстранить от работы за некомпетентность.

Она придвинулась к Флэндри и продолжила тихо, но очень настойчиво:

— Найди сейчас Айхарайха, Доминик. Поговори с ним, займи его чем угодно — только не позволяй приближаться ко мне и мешать. Он, конечно, все поймет, но не слишком много сможет сделать, если ты и вправду так хорошо умеешь заговаривать зубы, как я слышала. Придумай там что-нибудь, объясни, почему я не приду на банкет сегодня… ну, заболела или еще что… но держи его подальше от меня!

— Ладно, сделаю, — сказал он, слегка воспрянув духом. — Но что бы ни замышляла твоя хорошенькая головка — поспеши! Сама знаешь, он очень быстро доберется до тебя.

Капитан вышел в коридор. Элайн проводила его взглядом и чуть заметно улыбнулась.

К концу вечеринки Флэндри набрался не на шутку. На праздниках в системе Бетельгейзе вино всегда лилось рекой, и еще. было море музыки, еды и танцовщиц со всех планет. Флэндри — вопреки всему — искренне наслаждался весельем и должен был честно признать, что ему очень нравилось беседовать с Айхарайхом. Это странное существо было настоящим гением, обладало огромными знаниями — и Флэндри с удовольствием забыл на время об ужасной неминуемой катастрофе.

Наконец он вернулся к себе. Элайн была в его комнате: она стояла возле маленького столика, и мягкий, приглушенный свет струился по ее распущенным волосам и мерцающему платью. Поддавшись порыву, Флэндри поцеловал ее.

— Добрый вечер, милая, — сказал он. — Как чудесно, что ты меня дождалась.

Элайн, однако, и не думала уходить. Вместо этого она взяла со стола один из стоявших на нем резных кубков и протянула капитану.

— Выпьем на ночь, Доминик, — предложила она.

— Нет, спасибо. Я и так уже перестарался.

— За меня. — Она обезоруживающе улыбнулась.

Флэндри, взяв кубок, осторожно чокнулся с ней и разом проглотил темное красное вино.

Капитана удивил странный вкус напитка… и вдруг у него закружилась голова, комната закачалась и опрокинулась. Он посидел на краю кровати, пока, головокружение не прошло, но что-то… лишнее… засело в его голове и не желало оттуда выбираться.

— Забористая штука, — пробормотал капитан.

— У нас не самая легкая работа в мире, — мягко сказала Элайн. — Мы имеем право иной раз расслабиться. — Она села рядом с капитаном. — Только одна ночь, вот и все, что у нас есть. Завтра будет новый день, хуже сегодняшнего!

В другое время Флэндри вряд ли откликнулся бы на призыв девушки — он был слишком холоден и замкнут, но сейчас… все казалось ему весьма разумным и правильным. Капитан кивнул.

— И ты любишь меня, ты сам знаешь, — сказала Элайн. И он действительно любил ее.

Потом, гораздо позже, Элайн, прижавшись к нему в темноте и щекоча его лицо своими волосами, настойчиво прошептала:

— Послушай, Доминик, я просто должна рассказать тебе, несмотря ни на что… тебе необходимо быть готовым ко всему.