— Ты сознаешь, — заметил Селуччи, водя вилкой, на которую был насажен последний кусок жаркого, в остатках соуса на своей тарелке, — что там их было двое? Один с ружьем, а другой — с винтовкой?

Вики покачала головой, ставя на стол пустую кофейную кружку с несколько большей силой, чем требовалось.

— Все признаки указывают, что в деле замешан только один человек. Я знаю, я знаю. — Она подняла руку, останавливая поток его возражений. — В Генри стреляли дважды. — Ранения Фицроя были значительно в процессе их разговора ею преуменьшены. — Но один человек может стрелять из двух ружей, и до этого момента никаких свидетельств о наличии соучастника обнаружено не было.

Селуччи недовольно фыркнул:

— Все свидетельства крайне противоречивы.

— Но следы, дерево, характеристики выстрела — все свидетельствует о единственной ненормальной личности. Я думаю, что он, — Вики недовольно поморщилась, когда брови Селуччи поползли вверх, — ну или она, держал ружье под рукой на случай, если кто-нибудь подойдет слишком близко.

— Как например, твой друг писатель.

Его тон совершенно недвусмысленно говорил, что он думает о нем в обеих ипостасях, авторе сентиментальных дамских романов и том Генри, что бродит по лесам, вообразив себя великим детективом.

— Генри Фицрой вполне способен сам о себе позаботиться.

— Ну разумеется. — Майк встал и кинул банкноту в двадцать долларов на стол. — Вот поэтому в него и стреляли. Дважды. И все же я поражен, как ты позволила этому дилетанту бродить по здешним лесам ночью, учитывая опасность.

— Я не знала о ружье, — возразила Вики, когда они вышли из кафе, но пожалела, что вспомнила об этом, в тот самый момент, когда слова сорвались у нее с языка. — Генри — взрослый человек, — пробормотала она, садясь в машину. — Он не слишком-то спрашивал у меня позволения.

— Ты меня удивляешь.

— Я не собираюсь обсуждать это с тобой.

— А разве я говорил, что этого хочу? — Селуччи, выбравшись со стоянки, повернул на север. — Ты сама позволила себе вмешаться в дела стаи оборотней, Вики. На данный момент организованную преступность можно считать практически укрощенной.

— Генри Фицрой не вовлечен ни в какую организованную преступность.

— Хорошо. Превосходно. В настоящий момент то, во что он вовлечен, кажется практически укрощенным.

Вики поправила очки и, сгорбив плечи, сползла вниз на сиденье. «Это все, что ты знаешь», — подумала она, заметив, как выдвинулась челюсть Майка, и зная, что хотя, быть может, временно он отвлекся на оборотней, женщина прекрасно понимала, что ее друг вряд ли намерен отказаться от своих подозрений насчет Генри. «Ну и прекрасно. Генри вполне способен сам справиться с этим. Более чем за четыре сотни лет такое не могло случиться впервые». У нее не было никакого желания попасть под перекрестный огонь, она была бы вполне удовлетворена, если бы пришлось столкнуть их лбами, когда это станет необходимо.

— Послушай, — сказала Вики перед тем, как они свернули на Хайбери-авеню, — если ты все равно намерен здесь околачиваться, с таким же успехом можешь приносить пользу.

Селуччи покосился на нее с явным подозрением.

— И что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Поверни направо. Ты должен вместо меня нанести визит в полицию провинции Онтарио.

Она вынуждена была воздать должное сообразительности Майка, тот понял причину такого визита немедленно.

— У тебя нет списка владельцев зарегистрированного огнестрельного оружия, не так ли? Почему, черт возьми, ты его не получила?

— Ну… — Вики пощелкала пультом кондиционера. — Между мной и полицией провинции Онтарио произошло небольшое недоразумение.

Она терпеть не могла признаваться даже в столь незначительной своей неудаче, представляя, как Селуччи может раздуть из этого что-то совершенно несоразмерное.

— Да уж могу себе представить, — проворчал он и, к ее удивлению, больше не возвращался к этой теме.

Двадцать минут спустя, выйдя из участка, Майк вполне вознаградил себя за молчание.

— «Небольшое недоразумение», значит? — Он со стуком захлопнул дверцу машины и резко повернулся, свирепо глядя на нее. — Вики, ты вполне способна разрушить любую возможность сотрудничества полиции провинции с местными полицейскими силами. Что, черт тебя побери, ты им наговорила?

Она объяснила. Селуччи покачал головой:

— Я поражен, как дежурный сержант позволил тебе выйти из участка живой.

— Как я понимаю, тебе не дали этот список.

— Замри, Шерлок, но я получил кучу всяких полезных советов, касающихся надлежащей полицейской процедуры.

— Черт бы тебя побрал! Мне нужен этот список.

— Должна была подумать об этом, прежде чем высказывать предположения по поводу его матери. — Майк остановил машину на выезде со стоянки. — В какую сторону?