– Я не хотела…

– В том-то и дело, что не хотела. Вот почему нас и впечатлил твой удар. Поверь, я тоже так могу, но это будет вполне осознанное действие. В этом мы и отличаемся. Ты понимаешь, что ты сейчас опасна? Любая вспышка твоего гнева может привести к плачевным последствиям для того, на кого этот гнев направлен. Поверь, такие инциденты случались, и не раз. Раз ты обладаешь силой, то ты обязана держать ее под контролем и уметь управлять ею. Мы с тобой приступим к тренировкам, как только я почувствую себя хотя бы чуть лучше, скорее всего, завтра.

– Почему ты?

– А больше некому. Дир и Келл неплохо владеют оружием, но они не воины, а маги, поэтому не возьмутся обучать тебя. А Дерри сейчас нет, да и не думаю, что он стал бы возиться с тобой.

– Ты у нас такой благородный, а он – нет?

– Ну, во-первых, у него своих проблем много, а во-вторых, я не уверен, что после его обучения ты просто выживешь. Понимаешь, меня тренировали при дворе правителя Арм-Дамаша, а его, в основном, в преступном синдикате. Методы обучения, знаешь ли, очень отличаются.

– Кто лучше, какие методы эффективнее?

– Безусловно, Дерри лучше. Для меня это часть жизни. Аристократ обязан быть хорошим воином, у меня к этому еще есть призвание и талант, плюс богатая практика…

– Ты же сказал, что Дерри лучше?

– Да, он лучше. Понимаешь, при всем при том, что я тебе перечислил, я всего лишь любитель, а Дерри – профессионал. Он был лучшим наемным убийцей синдиката, его до сих пор боятся. Не зря же он назначен начальником тайной охраны Кен-Кориона. Заметь, он, а не я.

– Понятно. Ну, я пошла? – Оля, правда, не знала куда. Но сидеть и вести светские беседы со Стикуром не хотелось, поэтому она решила, что будет весьма полезно подышать свежим воздухом. Девушка уже почти была на улице, когда ее окликнул Стик.

– Оля!

– Да?

– Значит, говоришь, ты слабая девушка, которая, едва понюхов гномьего самогона, сутки валяется в отключке? Я посмотрел, сколько осталось в бутылке. Как в тебя столько влезло, и как после этого ты осталась жива? Это еще один эффект произошедших с тобой изменений?

– Нет, – Оля в первый раз за день искренне улыбнулась. – У меня крепкий организм. Это Анет у нас от глотка самогона, запитого вином, улетает, а мне надо выпить много.

– Устроим соревнование?

– Как-нибудь.

– Значит, не хочешь?

– Понимаешь, выпить я могу много, но вот контролировать себя перестаю очень быстро и могу наделать глупостей. Так что давай чуть позже, но я не отказываюсь.

– Хорошо.

– Впрочем, я и трезвая себя не очень контролирую. Такой уж характер дурацкий.

– Слушай, Оль, скажи мне: вот вы с Анет такие разные, как вас угораздило быть вместе и ладить?

– Не знаю, наверное, это потому, что противоположности сходятся. Мы дополняем друг друга: у нее есть то, чего нет у меня и, соответственно, наоборот. А сейчас я все же пойду, подышу свежим воздухом, ладно?

– А меня с собой возьмешь?

– Зачем?

– Ладно, все понятно.

– Нет, ничего тебе не понятно. Я же не сказала, что не возьму, я просто спросила, зачем. Не люблю недомолвок.

– Просто мне нравится с тобой общаться, и не пойми это неправильно. Мне интересно с тобой, мне никогда не было с женщинами интересно. С той же Анет (я к ней очень хорошо отношусь) – с ней забавно, иногда весело, иногда занимательно – это уже много, а с тобой… с тобой мне интересно. Неужели мы не можем просто общаться?

– Можем просто, а можем не просто. Пойдем гулять. Заодно поучишь меня контролировать свое тело. Или все же твое?

Дерри не находил себе места от беспокойства. Дурное предчувствие появилось, когда Анет не вернулась к обеду. Ближе к вечеру ощущение грядущих неприятностей усилилось. Ксари, словно раненый зверь, метался из одного угла шикарного номера в другой и не знал что делать. Девушка при любом раскладе должна была прийти давным-давно, даже если она поставила себе цель разорить все имеющиеся магазины и почтить своим присутствием многочисленные салоны красоты. Уже стемнело, а несносная блондинка, умеющая вывести его из состояния равновесия одним лишь словом, все не появлялась. Лайтнинг с трудом сдерживал желание кинуться куда-нибудь на поиски девушки. Хотелось выскочить на улицу, скинуть одежду и позвать Мерцающего, который, если повезет, сможет различить во множестве запахов тот, единственно необходимый и родной. Останавливало только сознание, что срываться с места сейчас глупо и бессмысленно, нужно немного подождать. Если случилось что-то непоправимое, то все равно на помощь уже не успеть, а если девушка просто по каким-то причинам задержалась, тогда и дергаться не стоит.