– Ларана, – тихо позвал эльф, плюхнувшись в кресло. Необходимо было выведать у принцессы, что она думает по этому поводу.

– Скоро… – шепнула призрачная красавица у самого уха и, появившись в воздухе, замерла у подлокотника.

– Скажи… – начал эльф, но его прервал стук в дверь. В помещение заглянул ксари, в глазах которого мелькнуло беспокойство.

– Келл, мне нужно поговорить, ты сейчас свободен?

– Скоро, – опять шепнула Ларана. С призрачной девушки с тихим шелестом слетело легкое покрывало, обнажив совершенное тело. Легкий ветер растрепал длинные волосы, призывно раскрылись губы, а потом кусками начала отваливаться плоть, обнажая скелет. Сверкающий пустыми глазницами череп заклацал зубами, и призрак с диким воем исчез.

– Видимо, свободен, – озабочено отозвался Калларион, приходя в себя от непонятной демонстрации Лараны. – О чем ты хочешь со мной поговорить?

– Анет тебя еще не находила? – издалека начал ксари и, получив отрицательный ответ, продолжил: – Понимаешь, так вышло, что во Влекрианте до Анет добрались люди синдиката, и она сутки пробыла в замке Сарта. К счастью, все завершилось благополучно.

– Именно поэтому, я так понимаю, здесь болотный тролль? – задумчиво отозвался Келл, не понимая, к чему клонит ксари и что ему нужно.

– Отчасти, – отмахнулся Дерри, показывая, что именно это в данный момент совершенно неважно. – Дело в том, что в замке Анет удалось достать украшения Лараны…

– Так вот к чему принцесса говорила «скоро»! – подскочил эльф, не в силах сдержать радости и облегчения. – Наконец-то у меня есть все для воскрешения Лараны, – Калларион кинулся к двери, но Дерри поймал его за руку. Эльф украдкой поморщился, слишком уж сильной оказалась хватка ксари. Нечеловечески сильной.

– Это еще не все, – голос Лайтнинга был тихим, но заставлял подчиняться, и Келл послушно вернулся на место, поражаясь силе, исходящей от совсем юного мальчишки.

– Так вот, – продолжил Дерри как ни в чем не бывало, – меня насторожила одна вещь. А именно, то, каким образом Анет достала украшения. Девушка говорит, что сделала это, находясь под воздействием Лараны. По сути, призрак вселился в человеческое тело, и некоторое время управлял им. Анет теперь чувствует, что связь между ней и Лараной только окрепла.

– А это, – улыбнулся Келл, стараясь скрыть волнение и тревогу, – ничего страшного. Всего лишь последствие тесного контакта двух душ. Я уже говорил, что после столь длительного контакта в любом случае необходим ритуал. Обычно это бывает ритуал упокоения, когда призраку возвращают обещанную вещь и душа уходит в другой мир, а человек, давший обещание, получает свободу. В нашем случае в ритуале будут некоторые изменения, так как цели упокоить Ларану у нас нет, но для Анет это в любом случае неважно. Она освободится от любого влияния принцессы. Обещание же выполнено.

– Точно? – недоверчиво поинтересовался ксари, пристально вглядываясь в лицо эльфа. Калларион на долю секунды испугался, но обманчиво уверенным голосом ответил:

– Не волнуйся, все будет хорошо, ничего с твоей Хранительницей не случится.

– Надеюсь, – отозвался Лайтнинг и стремительно вышел в коридор, а Келл устало откинулся на спинку стула. Ситуация приняла именно такой оборот, которого эльф больше всего опасался. Теперь перед Калларионом встал нелегкий выбор: сделать то, к чему он шел так долго, и вернуть свою любовь – или позволить развиваться чужому чувству. Эльф закрыл глаза: решение давалось нелегко, но он так долго шел к своей мечте, что просто не мог отступить и предать себя а, самое главное, Ларану.

Стикур выловил Дерри в коридоре второго этажа. Ксари несся не замечая ничего впереди себя.

– Куда-то спешишь? – остановил друга герцог.

– Да нет, – передернул плечами Лайтнинг, – я от Келла.

– А что ты там делал? – Дерри недовольно сморщился и пересказал содержание разговора с эльфом. Остановившись подробнее на том, как Анет оказалась в лапах синдиката. Стоило неимоверных усилий не дать герцогу сорваться и прибить Адольфа на пару с Ранионом.

– И ты намерен согласиться на предложение этого гада? – возмущался Стикур, не понимая, с чем связаны глупые действия друга. – Неужели ты настолько наивен, что не понимаешь: подобным образом тебя пытаются вернуть обратно? Где-то расставлена ловушка.

– Я все это прекрасно знаю. Но в этой ситуации есть несколько моментов, которые нельзя игнорировать. Во-первых, в моих отношениях с синдикатом необходимо рано или поздно поставить точку. И лучше всего это сделать сейчас, пока наметилось какое-никакое перемирие, если не с самим Сартом, то, по крайней мере, с Адольфом. Невозможно жить, постоянно убегая и скрываясь. Это не жизнь – это всего лишь существование. Я хочу получить возможность строить планы на будущее. Пока я этого сделать не могу, а соответственно, не могу даже с кем-нибудь связать свою судьбу.

Стик понимающе опустил глаза, но через секунду, не удержавшись, поинтересовался:

– У тебя, как я вижу, кандидатура уже есть?

– Какие могут быть кандидатуры, Стикур, если я каждое утро просыпаюсь и думаю: этот день будет последним или судьба распорядится так, что мне представится возможность увидеть еще несколько рассветов? Знаешь, Стик, по какому принципу я завожу романы с девушками? Из всех возможных кандидатур я выбираю ту, которую мне меньше всего жалко, и встречаюсь с ней лишь пока меня не заботит, убьют ее люди синдиката в попытке достать меня, или нет. Как только я начинаю чувствовать, что этот вопрос мне не безразличен, тут же прекращаю все отношения. Мне это надоело, и я хочу освободиться от этого гнета.