— Ё-моё — заорал вдруг Серый — Тону!

Пьяные девки на берегу ржали совершенно дебильным смехом.

Дима скинул ботинки и прыгнул в воду. Дыхание перехватило от холода. Когда он добрался к Серому тот уже еле барахтался

— Ноги свело!

Минуты через три мальчишки уже растянулись на берегу, пытаясь отдышаться. Девки продолжали хохотать, видимо так и не поняв, что произошло. С трудом, поднявшись на руках и тяжело отдуваясь Серый сказал:

— Спасибо, брат! Ведь ты мне жизнь спас!

Продолжение эта история имела самое неожиданное, хотя как посмотреть –

— ночью у него поднялась температура и Сергея Александровича Серого с диагнозом — воспаление лёгких увезли в больницу. Обо всём этом Димке сообщила рано утром по телефону его мать.

Так что на Украину Дмитрию пришлось ехать в одиночку.

— Садись, едем! — скомандовал Фил — На внутренний — это уже водителю.

— Слышь! — обеспокоено почесал затылок Кисть — Может лучше сразу сюда охранение вызвать, да и на базу свалить! Не люблю я ночью по зоне мотаться!

— Может оно конечно и лучше! — задумчиво сказал Фил — Только мы сейчас до мясокомбината прокатимся, там всё осмотреть нужно пока не поздно!

Алмазы вещь редкая — легко могут испариться… Тем более что там два отделения оставили до нашего приезда!

— Ну-ну — недовольно проворчал Кистепёров, но спорить не стал.

Когда машина подъехала к блокпосту, выяснилось что давно готовые к отправлению «Дуболомы» уже залезли в БТР и машина развернулась в сторону движения «из зоны».

— Облом им! — хохотнул воспрянувший духом Кистепёров, вышел из машины и лёгкой походкой направился в сторону БТР.

До разгромленной твердыни Ашота машина добиралась минут двадцать- двадцать пять. Дело было не в дальности пути а в разбросанных повсюду аномалиях, да и освещение понятное дело оставляло желать лучшего, просто водители перестраховывались и ползли как черепахи.

Не доехав до разорённой крепости Ашота с километр, попытались связаться с оставшимися на мясокомбинате войсками по рации, но те почему-то не отвечали, и это настораживало. Фил остановил маленькую колонну и пересадил экспертов в БТР, под броню, взяв вместо них пару солдат, более полезных в ближнем бою.

Солнце уже давно село, и всё небо было усыпано алмазными созвездиями далёких галактик, холодало прямо на глазах. Насекомых было на удивление мало, даже противные комары — мутанты, известные тем, что совершенно не кусались, но жужжали в два раза сильнее обычных, чем страшно нервировали местное население, служили причиной массовых психозов и ужасно веселили сталкеров, таскавших их (комаров) целыми банками и тихонько их в подвале у Сидорыча выпускавших; даже этих комаров — и то было мало. Мощные прожектора, установленные на броне БТРа, разгоняли мрак, выхватывая из сокрытых в темноте зарослей багульника отдельные листья, ветки. Всё это складывалось в замысловатые фигуры, которые, казалось, жили своей независимой и неповторимой жизнью.

Колонна медленно вкатилась на пригорок и чуть притормозила. Фил достал прибор ночного видения и оглядел раскинувшуюся внизу базу Ашота. Мрачно чадили разбитые прямыми попаданиями реактивных снарядов здания коровников. Два БТР были на месте, застыв по обе стороны от маленького здания бывшей конторы, преобразованного Ашотом в свою резиденцию, но признаков жизни не подавали. Не было видно и солдат — не ходили по двору базы караульные, не наблюдалось обязательных при удержании таких объектов пулемётчиков, не сидел снайпер на крыше. База словно вымерла. Высунувшийся из башни Кисть шёпотом поинтересовался:

— Ну что там?

— Вроде никого — пожал плечами Фил- сам глянь.

Кистепёров прильнул к окулярам ПНВ.

— Не нравится мне это всё — покачал он головой- что будем делать?

— Возвращаться не будем точно.

— По обстоятельствам? — улыбнулся Кистепёров (главный приказ военного руководства, когда оно не знает что делать)

— Пусть сначала коробочка входит, выкатите на середину площади, но из под брони- ни ногой! Стоите пять минут, потом мы подъезжаем. Дальше- будем смотреть….

Кисть кивнул и скрылся в недрах бронемашины. Взревев двигателем, БТР объехал стоящий на самой вершине джип и покатился в направлении фермы. Дав указание двум оставшимся солдатам следить за окрестностями, Фил залез в «Гусар», открыл верхний люк и лично встал за прорезиненные рукоятки спаренной пулеметно — гранатомётной турели, венчавшей крышу машины. Группа Кисти нуждалась в прикрытии.

БТР тем временем уже скатился по склону вниз, и осторожно приближался к сорванным с петель остаткам массивных ворот, закрывавшим вход в царство Ашота. Резко подул холодный северный ветер, закрутилась нестройным хороводом прелая листва, завыли собаки. БТР стал осторожно пробираться во внутренний двор, случайно бортанув ржавый железный лист, когда- то украшавший кровлю коровника, а теперь сиротливо стоявшего возле забора. Несильный толчок самого края борта БТР вывел железку из хрупкого равновесия, и она с жутким грохотом и оглушительным скрежетом упала, подмяв под себя непонятного назначения доски, которые, в ответ на такое варварство, жалобно хрустнули. Фил судорожно водил стволом пулемёта по всей территории завода, по тёмным провалам окон, крышам и всевозможным естественным и искусственным нагромождениям, готовый прикрыть товарищей огнём. Всё! БТР достиг центральной площади и остановился. А дальше… Фил не поверил собственным глазам. Одновременно распахнулись все люки бронемашины, и солдаты полезли наружу, хрипя что-то невнятное и приволакивая ноги. Они шли, устремив свои взгляды куда-то вдаль, оружие волочилось за ними по земле, и не оставалось никакого сомнения, кем они были.