— Рад слышать. Пожалуйста, передайте ему мои наилучшие пожелания. Позвольте представить вам мою племянницу...

За длительными церемониальными представлениями последовали бокалы аперитива и обычный обмен любезностями. Ишимото Шестой воспользовался шансом и заговорил с Майло.

Трапеза началась через пятнадцать минут, когда в центре зала появился президент Нанкул, а его голографическое изображение возникло за каждым из столиков. Он «сел» на специально оставленные для него стулья.

Слова президента переводились на дюжину языков, причем учитывалось произношение, религиозные табу и прочие многочисленные тонкости. И хотя результат получился не слишком поэтичным, никто не счел себя оскорбленным.

— Добрый вечер, уважаемые гости. Мы собрались здесь, чтобы приветствовать официальное вступление ааман-ду в Конфедерацию, а также посла Уралакса-Грин — в нашу большую и почти всегда трудолюбивую семью.

Многие из собравшихся обладали чувством юмора, поэтому слова президента вызвали какофонию хохота, щелчков, свиста и даже пронзительных гудков. Майло подумала, что выглядит все это ужасно забавно... и постаралась согнать улыбку со своего лица.

После выступления президента к гостям с официальной речью обратился хозяин вечера, сенатор с Арбаллы, который был слишком велик, чтобы присутствовать лично, и находился в зале в виде голограммы.

Речь оказалась длинной и громкой, за время ее произнесения гости успели насладиться двумя переменами блюд и приступить к основному. Всем гостям подавали то, что считается деликатесом на их родных планетах, поэтому в воздухе витали весьма необычные ароматы.

Майло, которая позаботилась надеть носовые фильтры, чтобы не попасть в неудобное положение, старалась не обращать внимания на наиболее отвратительные картины и звуки. Впрочем, смотреть на Ишимото Шестого было приятно, так что проблема решилась сама собой.

Хадатанцы построили «Мошенника» в глубокой тайне на краю галактики, команда состояла из отпрысков ветеранов последней войны, а сам корабль был снабжен мощными сенсорами дальнего действия, специализированной лабораторной техникой и оборудованием, которое позволяло незаметно проникать куда угодно. Поэтому Дома-Са не мог утверждать наверняка, что военный корабль скрывается где-то за множеством медленно вращающихся астероидов, пока его челнок не был опознан и «Мошенник» не посчитал необходимым сообщить о своем присутствии.

Как только «Мошенник» появился на экранах, прозвучал сигнал тревоги, челнок захватили управляющие лучи и втянули на корабль.

Довольный тем, с какой точностью произведен маневр, хадатанин выключил систему управления челноком, вошел в скромную спальню и стал тем, кем считал себя на самом деле, — боевым командором Хайвином Дома-Са.

Его звание удивило бы большинство присутствующих в Зале Звездного Света гостей. Впрочем, мало кто был по настоящему знаком с культурой хадатан. В их языке нет слова «дипломат», а до поражения от рук, когтей и клешней Конфедерации в обществе хадатан и не существовало такой профессии.

В самом деле, зачем содержать профессиональных специалистов по ведению переговоров, если никто не намерен в них вступать? Победа предполагает возможность уничтожить противника — с целью обеспечения безопасности собственного народа.

Поражение, хотя о нем нельзя даже и помыслить, означает, что хадатан ждет смерть. Если только враг не оставит их в живых — милосердие, о котором ему рано или поздно придется пожалеть.

Так размышлял хадатанин, застегивая пояс и ремни, обхватившие крестом его широкую грудь. На одном из ремней сиял крупный зеленый самоцвет, горевший успокаивающим внутренним светом.

Послышался стук — челнок соприкоснулся с палубой «Мошенника». Дома-Са оглядел себя в большом металлическом зеркале, получил удовольствие оттого, что там увидел, и зашагал к переходному шлюзу. Справился ли он со своей миссией? Скоро все станет ясно.

Сенатор Орно любил обеды, они давали ему возможность наслаждаться прекрасными закусками и оттачивать тонкое мастерство политика. На корабле служили лучшие повара Конфедерации, один из которых был рамантианином. Политик уловил аромат блюда из живых личинок в тщательно приготовленном остром соусе задолго до того, как оно появилось, и почувствовал, что ему становится трудно следить за беседой.

Хотя губернатор Пардо отличалась удивительной мягкостью обращения, она непрестанно что-то говорила. Ее речь казалась Орно чрезвычайно скучной. Сейчас она рассуждала о том, что правительство рамантиан должно признать ее администрацию, обеспечить Землю беспроцентным займом и послать пятьдесят тысяч солдат из «миротворческих сил» разобраться с лоялистами.

Последнее предложение рамантиане вполне могли бы принять, если бы на Земле было больше густых зеленых джунглей. Поскольку дело обстояло иначе, правительство рамантиан не собиралось давать Земле и десятой доли того, что она просила.