– Может, он надевает наручники на жертву, – возразила Сара. – Может, он садомазохист. Может, в детстве мама приковывала его к кровати.

Джеффри удивился столь легкомысленному тону, однако ничего не сказал.

Ни с того ни с сего Сара произнесла:

– Мне нужна отвертка.

Джеффри нахмурился, но пошел к ящику с инструментами и нарыл там что-то.

– «Филипс» пойдет?

– Подожди, дай выпить, – ответила Сара, открыла холодильник и достала водку.

– Вряд ли у меня есть апельсиновый сок, – извинился он, открывая другую дверцу.

– Годится и этот, – сказала Сара и взяла клюквенный. Нашла в шкафу стакан и смешала напитки. Джеффри тревожно наблюдал за ней. Сара редко пила и пьянела от одного бокала вина. За всю совместную жизнь он не видел, чтобы она пробовала что-либо крепче коктейля на основе текилы.

Сара глотнула и передернулась.

– А сколько водки нужно наливать? – спросила она.

– В три раза меньше, – ответил он, забирая у нее стакан. Отпил немного и сморщился. – Боже мой! – Он чуть не закашлялся. – Хочешь покончить с собой?

– Пойти по стопам Джулии Мэтьюс? – парировала она. – У тебя есть что-нибудь сладенькое?

Джеффри хотел поинтересоваться, что она имеет в виду но Сара уже рылась в шкафах.

– В холодильнике есть пудинг. Верхняя полка, в глубине.

– Обезжиренный? – спросила она.

– Нет.

– Хорошо, – сказала Сара и нагнулась к холодильнику. Джеффри скрестил руки. Он не понимал, что она делает у него на кухне, что происходит последнее время, почему она ведет себя так странно.

– Джефф? – окликнула его Сара.

– Что?

– Ты пялишься на мою задницу?

Джеффри улыбнулся и ответил «да», что не соответствовало правде.

Сара выпрямилась и подняла вверх пудинг, словно трофей.

– Последний?

– Точно.

Она сорвала с пудинга крышку и села на стол.

– Дела плохи.

– Думаешь?

– Ну да. – Она пожала плечами, облизывая крышку. – Студенток насилуют. Они кончают с собой. Такого не должно быть.

Джеффри снова поразился ее беззаботному тону. Совсем не похоже на Сару, хотя он не знал, что с ней происходит.

– Не должно, – согласился он.

– Ты сообщил ее родителям?

– Фрэнк встретил их в аэропорту, – ответил Джеффри. – Отец…

Он замолчал, не в силах забыть страдальческое выражение на лице Джона Мэтьюса.

– Очень переживал, да? – договорила за него Сара. – Папочки не любят, когда им говорят, что с их дочкой кто-то позабавился.

– Думаю, да, – подтвердил Джеффри, дивясь ее выбору слов.

– И правильно думаешь.

– Конечно. Он воспринял это очень близко к сердцу.

Что-то промелькнуло в глазах Сары, но она опустила веки, и Джеффри не успел понять, что происходит. Она отпила львиную долю содержимого стакана, пролив немного на рубашку, и захихикала.

– Что с тобой, Сара? – озадаченно спросил Джеффри.

Она указала на его запястье:

– Давно ты это носишь?

Джеффри взглянул вниз. На нем были только зеленые трусы.

– Да нет, недавно, – пожал он плечами.

– Меньше двух лет, – отметила она.

– Точно, – согласился он и подошел к ней ближе. – Нравится?

Она захлопала в ладоши.

– Зачем ты пришла, Сара?

Она посмотрела на него, затем отставила пудинг в сторону.

– Я тут вспомнила, как однажды сидела на пирсе. Ты не забыл?

Джеффри покачал головой, потому что они проводили на пирсе все свободное время каждое лето.

– Я только что искупалась и причесывала волосы. Ты подошел, взял гребешок и начал расчесывать меня.

Джеффри кивнул: именно об этом он подумал, когда проснулся утром в больнице.

– Не забыл.

– Ты расчесывал меня не меньше часа. Помнишь?

Он улыбнулся.

– Ты причесал мне волосы, и мы пошли завтракать, так?

Джеффри снова кивнул.

– Что у нас не сложилось? – спросила она и чуть не убила его взглядом. – Дело в сексе?

Он покачал головой. Секс с Сарой был самой прекрасной составляющей его взрослой жизни.

– Конечно, нет.

– Ты хотел, чтобы я готовила тебе ужин? Или встречала тебя с работы?

Он попытался рассмеяться.

– Ты как-то приготовила ужин, помнишь? Я три дня болел.