Лагерь располагался на поляне в лесу, спускавшемся к реке. Ширина лесной полосы, тянувшейся вдоль берега Трапхора, в этих местах составляла от силы метров двести. Местами степь, напоминавшая Лису американскую прерию, как он ее себе представлял по немногим фильмам об индейцах, которые ему доводилось смотреть на Земле, подступала почти к самой реке.

Эта степь лежала между Трапхором и рекой Тикса, протекавшей юго-восточнее. За Тиксой степь широкой полосой, кое-где рассекаемой лесистыми участками, тянулась очень далеко на юг вдоль Восточных Безвоздушных гор. Эту территорию полностью контролировали индейские племена.

На юге, в восьмистах километрах от Тиксы степь упиралась в густые леса, росшие по берегам полноводной реки Штром и переходившие в Великие джунгли, расположенные в центральной части этой грани планеты.

В междуречье Трапхора и Тиксы отряды индейцев забредали не часто, но их тем не менее следовало опасаться, поскольку некоторые отчаянные головы могли бы сунуться сюда в расчете на скальпы греков, бывшие у индейцев прерии в цене.

Кроме того, в степях водились хищники, которые промышляли по ночам. Здесь можно было встретить львов, волков, а иногда из Проклятого леса сюда спускались мерзкие твари, которые, как подозревал Лис, были либо синтезированы прежним хозяином Дворца для развлечения, либо доставлены из какой-то иной вселенной. Эти звери напоминали желтовато-серебристого кенгуру с отвратительной мордой гиены, правда лишенной пасти. Да им и не очень-то нужны были зубы: они могли высасывать кровь из своих жертв с помощью особого полого костного отростка, похожего на толстую иглу. Отросток выпускался из подбородка. Передние лапы животного, в отличие от сравнительно слабых лапок кенгуру, были вполне приспособлены для нападения и обладали мощными когтями. Не менее опасными были и мощные нижние конечности, на которых хищник передвигался с большой скоростью.

Лису выпала вторая смена караула. Пройдя еще раз мимо палатки, Лис чуть не подпрыгнул от радости: через окно, которое в данный момент было не затемнено, он заметил, что пеленгатор стоит на небольшом раскладном столике у левой от входа стены палатки. Теперь, если аппарат не передвинут до того, как все улягутся спать, Лис знал, куда выстрелить, представься такая возможность.

Устроившись под сосной на одеяле. Лис прикидывал, как ему быть. Судя по устройству, которое шаровики установили на штыре на крыше палатки, вплотную к ней не подойти: это наверняка была какая-то система слежения и оповещения. Шаровики не были слишком беспечными и не полагались на ночное охранение.

Но действовать было необходимо. Ведь если завтра у шаровиков появится гравилет, на котором они наверняка установят дополнительное вооружение, то противостоять им будет совершенно невозможно. Зная местонахождение беглецов, они легко нагонят их по воздуху и уничтожат. Живым шаровикам, похоже, нужен был только Лис, да и ему они не позволят долго задержаться на этом свете. Способов получить сведения, которые он знает, существовало великое множество.

Лис закурил трубку и стал продумывать порядок действий. Рядом с ним, тоже на одеяле, лежал хмурый верзила, с которым они уже перебрасывались парой слов, когда седлали коней на площади перед городским Советом в Омаксе. Верзилу звали Олором. Он, несмотря на хмурое выражение лица, был не прочь поболтать.

Олор тоже курил трубку и посматривал на Лиса с явным намерением начать разговор. Лис прикрыл глаза, однако трубка, которую он держал во рту, не давала возможности прикинуться крепко спящим. Олор кряхтел, ворочался, но наконец прочистил горло и спросил:

— Ты хоть откуда, парень? Что-то я тебя не видел ни в Омаксе, ни в легионе.

Лис мысленно чертыхнулся: похоже, покоя от Олора не будет, ведь и в карауле им стоять вместе.

— Я пришлый, только два дня назад приплыл с купцами из Галикарнаса. Нанимался для охраны товаров, а у них что-то не получилось, ну я и остался тут в Омаксе ни с чем. Ладно хоть эта работенка подвернулась. А вообще-то я охотник.

Олор хмыкнул и сострил:

— У нас в городе, как я понял, не слишком много нашлось охотников на это дело. А по мне —какая разница? Они ведь такие деньги обещают! Я правильно говорю?

Лис приподнялся на локте и посмотрел на собеседника:

— Правильно, согласен с тобой… Однако, похоже, наши наниматели тебе не очень-то нравятся? Ты же сам говорил: ты полагаешь, что они злые демоны и все такое… Да и людей они в вашем городе перебили немало.

Олор повторил:

— Я уже сказал, что за такую плату готов служить кому угодно.

Лис выбил трубку о торчавший из земли корень сосны:

— Я это уже слышал, приятель, давай отдыхать. Ты только не слишком обольщайся, что получишь хорошую плату. Держи ухо востро!

Олор озадаченно попыхтел трубкой:

— Что ты имеешь в виду? Ты-то сам тогда зачем здесь? Лис отметил, что Олор обладал острым умом.

— Зачем-зачем…— Лис усмехнулся и повернулся на бок, натягивая на себя вторую половину одеяла из овечьей шерсти. Затем же, что и ты: денег заработать. Спи!

Он отвернулся от Олора, но тот еще долго вертелся и кряхтел, устраиваясь поудобнее. В конце концов солдат затих, пробормотав напоследок:

— Непрост ты, охотник… Ох непрост!

Лис понял, что надо быть внимательнее: где-то он допустил промашку.

С того места, где Лис лежал, была видна палатка шаровиков. Свет в ней наконец погас. Лис подумал, что произвести выстрел из лучемета лучше всего из-за деревьев, росших по склону чуть выше палатки.

Караулы из наемников были расставлены вокруг лагеря, и двое шаровиков постоянно патрулировали территорию, переходя от одного поста к другому и проверяя, не спят ли солдаты. То, что шаровики ходили вместе, было Лису только на руку: это давало возможность использовать браслет против обоих одновременно так же, как в Омаксе, с минимальной растратой заряда. У него их оставалось уже не так много, поэтому следовало экономить.