Она некоторое время ошарашено смотрела на него, потом попыталась достать, но уперлась в невидимую стену. Разведчица резко оглянулась и осмотрела все вокруг. От двери не осталось и следа, и беглянка вновь стала пленницей. Айвен запустил программу обучения. Появился экран, на котором высветились буквы, сопровождаемые звуками. Затем слоги и слова. Пленница сначала не смотрела на них, но затем решила, что будет лучше посмотреть. Мак продолжил программу. Появились картинки с текстом, которые начали быстро мелькать. Айвен буквально заставил ее выучить русский язык. Часовой полет для пленницы не прошел зря.

Мак посадил самолет недалеко от упавшего Аиса и открыл окно, чтобы женщина увидела его.

Айвен убрал стену и подошел к ней.

— Надеюсь, ты не будешь упрямиться? Ведь ты теперь знаешь мой язык.

Она взглянула на него. Подняла руку, словно собираясь вцепиться в Айвена, но остановилась.

— Что тебе нужно от меня?

— Информация. О том, кто ты, почему эти штуки прилетают сюда. Что ты знаешь о зеленых людях, больших тиграх и разумных птицах этой планеты.

— Какой мне с этого толк?

— Может быть, я что-нибудь сделаю для тебя, — ответил Айвен.

— Почему я должна тебе верить?

— Ты можешь мне не верить. Точно так же, как я тебе. Мне нужно только знать, что ты скажешь. Мне известно, что ты прибыла сюда двадцать лет назад, что ты получила недавно какое-то известие, которое тебя разозлило.

— Известие? Мне заменили двадцать лет на сорок.

— И за что?

— Это не твое дело.

— Не мое, так не мое. Зато мое дело — разобрать эту консервную банку на кусочки. Или не разобрать.

— Если ты ее разберешь, это тебе ничего не даст.

— Мне, может, и не даст, а вот терриксам, может, и даст.

— Нашел кем меня пугать, — усмехнулась она. — Я двадцать лет у них просидела и ни забот ни хлопот. Они пытались меня научить говорить, показывали все, что у них есть. И того не знали, что я у них всего лишь временно и мне не составит труда уйти, когда я захочу. И от тебя я уйду, лет через двадцать.

— Только за тобой туда никто не прилетит. Я собираюсь улетать с этой планеты.

— Уж не на этой ли развалюхе?

— Как ты говоришь, это не твое дело.

— Я могла бы разнести этот твой корабль в один момент.

— Могла бы? Или можешь?

— Чего ты добиваешься?

— Я уже сказал.

— Ты и сам все знаешь.

— Конечно знаю. Мне нужна лишь версия.

— Какая? Тигры-шпионы или тигры-рабы? А может, еще какая-нибудь? Ты думаешь, я не знаю, кто ты? Ни один идиот не подошел бы ко мне так, как ты, потому что ты сам шпион и хочешь за мой счет добыть информацию. Так я тебе и поверила, что какой-то корабль местных сбил шестерых наших.

Около Аиса появились терриксы. Айвен стоял к окну спиной и не видел их.

— К тебе гости, — проговорила разведчица. — Допрыгался.

Появилась и Райвен. Она направилась к самолету Айвена. Мак снова разделил помещение между собой и разведчицей, после чего вышел наружу. Самолет преобразовался и стал таким же наземным строением, как и то, в котором сидела первая узница. Райвен подошла к Айвену, взглянула на глубую женщину и зарычала:

— Тебя они прямо-таки притягивают.

— Или наоборот, — прорычал в ответ Айвен. — Послушала бы ты ее.

— А что, эта тоже с тобой разговаривала?

— Разговаривала, — ответил Мак. — Она решила, что я один из них. Может, она цвет не различает, как квартх, а может, прикидывается, чтобы ничего не говорить. По крайней мере, я понял, что она вас использовала, чтобы не заботиться о себе. Ее послали сюда на двадцать лет, а в этот раз увеличили срок до сорока.

— И за что это ее?

— Она сказала, что это не мое дело. Может, она там какая-нибудь преступница. — Айвен вздохнул. — Наловил я их целую кучу, теперь не знаю, что с ними и делать.

— Посадить их в эту штуку и дать пинка, — фыркнула Райвен.

— Да, только толку то от этого…

— Так от них и так одна морока. Послать их, как квартхов, с предупреждением.

— Ну да. Аисы вернутся целой стаей, и тогда-то они не улетят, пока не найдут вас.

— Так ведь это идея, — зарычала Райвен. Она аж подпрыгнула. — Послать их туда.

Они полетят сюда, а мы в это время сами полетим к ним и уже там нас будет некому останавливать. И тогда-то мы и разберемся за всех убитых терриксов!