Когда обер-лейтенант Шнель вошел в кабинет шефа, сопровождаемый Гуго, хозяин поспешил навстречу, картинно протянув для приветствия обе руки.

— Дорогой Вилли, надеюсь, вы позволите так вас называть, я счастлив…

«О чем это он? — с недоумением подумал Шнель. — Может быть, пришел, наконец, приказ о награждении за тот «подвиг» в русских лесах?» Машинально он поднял тоже обе руки, чтобы ответить крепким рукопожатием, достойным солдата фюрера, сияющему Штендеру.

В то же мгновение на запястьях обер-лейтенанта щёлкнули наручники. Только сейчас он разглядел, что улыбка на лице гауптмана была не сияющей, а издевательской.

— Так вот, дорогой Вилли, я счастлив сообщить, что вам предстоит в скором времени поездка в Берлин, — продолжал тот. — Но я полагаю, что вы умный человек и все расскажете мне, не дожидаясь, пока вас заставят сделать это в гестапо на Принцальбрехтштрассе. Итог будет тот же самый, зато избавитесь от ненужных мучений.

— Это какое-то недоразумение, — запротестовал Шнель.

Штендер жестом остановил его.

— Не спешите, молодой человек, отрицать неотрицаемое. Еще раз повторяю, у вас только один выход: рассказать мне всю правду. Сейчас вас отвезут в один уютный домик. До утра вы подумаете, а потом мы поговорим.

«Это конец. Может быть, попытаться бежать? Но как?»

Словно прочитав мысли Шнеля, гауптман коротко приказал Гуго и вошедшему в кабинет второму громиле с лицом дегенерата и торчащими ушами:

— Если по дороге вздумает поднять шум, утихомирьте.

Ушастый осклабился и вытащил из рукава изогнутый кинжал.

— Будьте спокойны, эфендим, все сделаем, как надо, — ответил за обоих Гуго.

Шнеля вывели во двор особняка, где стоял старенький «форд» с опущенными занавесками. Обер-лейтенанту связали ноги и втиснули на пол перед задним сиденьем. В грудь больно уперлись грязные подошвы ботинок Ушастого. Вилли не сопротивлялся, понимая, что это бесполезно. Впереди целая ночь, значит, есть и надежда.

Энвер прождал Шнеля больше часа. Но тот не пришел, хотя встреча была очень важной. Ведь сегодня он просил принести фотографии диверсантов. Видимо, что-то случилось. Внезапный полет? Едва ли, Вилли нашел бы способ отложить его, сославшись на неисправность мотора или еще чего-нибудь. Совещается со Штендером? Уже двенадцатый час, слишком поздно, «корреспондент» предпочитает ложиться спать вовремя.

Так ничего и не решив, Энвер направился в Бешин-таш к дому Шнелей. Внимательно осмотревшись, он не заметил ничего подозрительного. Наверху в кабинете Вилли горел свет, сквозь шторы был виден женский силуэт: наверное, его сестра убирала комнату. Вскоре свет погас, но тут же зажегся внизу. И опять появился тот же силуэт. Скорее всего, самого Вилли нет дома, а старики спят. Энвер решительно шагнул к двери, позвонил. Дверь открыла Анна, с тревогой вглядываясь в позднего гостя.

— Разрешите пройти в гостиную, ваш брат просил меня заглянуть к нему, но я, к сожалению, задержался. Он, наверное, уже спит?

— Нет, он ушел, — с запинкой ответила женщина.

— Надолго?

— Не… знаю.

— Простите, Вилли ничего не просил передать Энверу?

— Энверу? Подождите минуточку, — женщина вышла на кухню и принесла помятый конверт.

Извинившись, Энвер поспешно вскрыл его и прочитал записку. «Нужно срочно выручать Вилли. Только где его искать?»

По логике вещей Штендер не станет держать Шнеля у себя в особняке на улице Истикляль. Это может случайно стать известно соседям и в конце концов дойти до родителей Вилли. Скорее всего, он отправит летчика на виллу в Бебеке, где есть подходящее помещение в подвале, рядом с фотолабораторией. Настоящая подземная темница: даже когда курсанты стреляют там из пистолетов, рядом, в саду, ничего не слышно. Если уж «корреспондент» решил арестовать Шнеля, его наверняка спрятали именно там. Нужно немедленно ехать в Бебек, ночью на вилле дежурит один Али, а по пути взять и Цвиклинского…

Найти такси в такой поздний час было немыслимо. Энвер вышел переулками на Джумхуриет, внимательно огляделся и направился к стоявшему у тротуара «мерседесу». Немного повозившись с замком, он распахнул дверцу. Ключа зажигания в гнезде не было, но это не имело значения: на занятиях инструктор досконально объяснил, как поступать в подобных случаях. Энвер вставил в гнездо маленькую рифленую пластинку, нажал на стартер. Мотор приглушенно зарокотал, и машина плавно тронулась с места. Цвиклинский, за которым заехал Энвер, одобрил его план.

…Энвер надавил кнопку звонка в ограде и стал ждать. Ему показалось, что прошла целая вечность, прежде чем появился Али, сутулый верзила с длинными, как у обезьяны, руками, охранявший виллу.

— Что стряслось, Энвер, ты почему здесь? — удивленно уставился он на явившегося в неурочный час курсанта.

— Шеф послал кое-что узнать у того типа, которого привезли вечером, — Энвер внимательно наблюдал за реакцией Али. Если тот ответит, что на вилле никого нет, придется сослаться, что не так понял Штендера, наверное, нужно было ехать на конспиративную квартиру. Но Али ничего не возразил, лишь настороженно рассматривал стоящего сзади Цвиклинского. — Давай шевелись. Ты что думаешь, эфендим специально приехал из Анкары, чтобы торчать здесь до утра? — перешел Энвер в наступление.